Иглотерапия. Как не попасть на крючок к шарлатанам

Интервью с китайским врачом, который занимается иглотерапией почти 60 лет.

Иглотерапевтов называют то волшебниками за результаты работы, то шарлатанами. Как понять, настоящий ли врач перед тобой и с какими проблемами можно идти к иглотерапевту, Naviny.by спросили у китайского врача с более чем пятидесятилетним стажем иглотерапии Инсара Бэй. 

— Вы давно лечите людей?

— Этим ремеслом я занимаюсь с шести лет, а мне 64 года. Так что людей я лечу вот уже скоро 60 лет. Я родился в бывшей столице Китая городе Нанкин. По отцовской линии были в основном военные, а вот по материнской все лекари и кулинары. Семья бежала из Китая в 1962 году в Пакистан, но по воле судьбы оказались в Казахстане. Затем жили в Красноярске, а потом перебрался в Москву, теперь работаю в Минске. Моя дочь продолжает традицию — учится в Китае, думаю, что и сын пойдет по пути врачевания.

Ремеслу я обучался сначала в семье, потом получал медицинское образование в медуниверситете в Москве по специальности врач-терапевт. Учился также в Китае.

— Вы занимаетесь каким-то особым видом иглотерапии?

— Я занимаюсь классической восточной медициной. Современная европейская медицина лечит органы, существует узкая специализация врачей, а китайская занимается организмом в целом. Если перевести с китайского слово «иглотерапия», будет примерно так: «иглой и огнем излечивает болезни».

— Я себе представляю вашу работу так. Вы просите пациентов принести медицинскую документацию и начинаете лечить человека на основании его диагнозов. Верно?

— Нет. Я сам провожу диагностику по пульсу и решаю, с чего мне начинать. Иногда медицинские документы могут привести к ошибке, поэтому я их сразу не смотрю.

— На магию похоже…

— Это не магия, а знания. Люди приходят с информацией о заболевании, иногда ошибочной. У меня был пациент из Харькова, которому поставили рак мочевого пузыря. Я ему сказал, что у него кальцинат мочевого пузыря, не рак. Уплотнение, которое у него нашли, было результатом повреждения, по сути, зажившей царапиной от камня. Он потом мне позвонил и сказал, мол, я угадал. Смешно, будто я сижу здесь и на кофейной гуще гадаю. На самом деле все иначе. Вы слышали про шрифт Брайля? Если несведущий человек увидит книгу, напечатанную этим шрифтом на своем языке, ничего не поймет. То же самое чтение по пульсу. На каждой руке по три точки пульса. Обычно смотрю человека натощак, но онкологические заболевания вижу вне зависимости ни от чего.

— И можете определить и их локализацию?

— Да. И в этом нет ничего удивительного. Это многолетний опыт, и я не считаю это чем-то из области фантастики. И стадию я вижу — мои пальцы чувствуют это через покалывание. Я знаю, что если колет только пальцы, то это начальная  стадия. Если колет всю руку по локоть, появляется ощущение, что вонзили тысячи игл, — уже последняя четвертая. Если я не успеваю ничем помочь, я сразу говорю.

— Мне кажется, так невозможно научиться чувствовать.

— Не могу сказать. Знаю, что многие, кто работает, так не чувствует, но мне это дано с молодости.

 

— Вы лечите только иголками?

— Еще использую  метод прижигания, известный под более старым названием моксибация, а также фитотерапию. Какие-то травы заказываем, но в основном лечу местными травами. Мое убеждение — для белорусов лучше местные травы и пища, чем привезенные. Другое дело, что есть травы и продукты, которых в Беларуси нет. 

— Почему местное лучше?

— Известно, что распространенность заболеваний отличается в зависимости от регионов. И есть закономерность — где распространены определенные заболевания, есть и растения для их лечения. Земля думает о нас, каким бы ни удивительным это ни казалось. Одним словом, для поддержания здоровья я бы рекомендовал местные продукты.

Например, я живу в Беларуси, питаюсь в основном овощами, местными и привезенными. Однако мясо я ем, но в небольшом количестве — для вкуса и получения белка.

— Сейчас вегетарианство становится очень распространенным стилем питания. Как вы оцениваете его влияние на здоровье?

— Я бы не рекомендовал отказываться от мяса людям, живущим в Беларуси. Это связано с тем, что климатические условия здесь более суровые, чем в южных странах, люди немало работают. Среднестатистический белорус не может питаться, как полжизни проводящий в медитации индус, потому что у них разный образ жизни, разная среда обитания. Я встречал среди своих пациентов людей, проблемы со здоровьем которых в какой-то степени были связаны с отказом от мяса. Мой вывод — у вегетарианцев здоровье слабее, чем у тех, кто ест мясо в умеренных количествах.

В целом же я бы рекомендовал родителям с рождения ребенка думать о том, чтобы не лечить, а сохранить здоровье. Например, то же самое молозиво, которое есть в груди у матери только несколько дней после рождения ребенка, — важнейшее вещество, которое должно поступить в организм младенца. Это заряд здоровья на всю жизнь.

Вы когда-нибудь задумывались, почему люди, пережившие войну, здоровее тех, кто всю жизнь прожил в комфорте. Думаю, потому, что испытания нужны организму. Я приведу пример — ребенок простудился. Принято сразу давать таблетку. Мысль купить траву и отпоить ребенка не возникает. Меж тем при простых простудах ребенку надо дать возможность побороться, чтобы организм научился сопротивляться.

Я сторонник грубой пищи для детей. Не стоит недооценивать простые каши, сою, которая является очень важным продуктом для репродуктивной системы. Это гормональный модулятор — у женщин климакс наступает позже. У мужчин, которые едят сою в возрасте после 16 лет, нет проблем с простатой.

Таким образом, существуют способы помочь себе оставаться здоровым, и ими не стоит пренебрегать. 

— В Беларуси много иглотерапевтов, целителей. Как пациенту разобраться, к кому стоит, а к кому не стоит идти?

— Действительно много. Однако есть практикующие иглоукалывание специалисты, которые говорят, что использую традиционные китайские методики, но при этом сами в Китае были считанные дни. Есть китайские врачи в Минске, которые не умеют лечить. По аналогии с традиционной медициной, как далеко не все выпускники медуниверситетов являются врачами, так и не каждый китаец с иголками может помочь.

Конечно, невозможно понять, хорошо тебе или плохо поставили иголки, если ты не специалист. Чтобы разобраться, врач это или шарлатан, существуют отзывы пациентов. Лечение должно давать эффект, и люди говорят об этом друг другу.

— Мне кажется, что существует два тренда — с одной стороны, многие выдают себя за китайских целителей, а с другой, представители официальной медицины дискредитируют китайскую.  Как вы на это реагируете?

— Никак. Я склонен считать, что о неэффективности китайской медицины говорят люди, которые сами не смогли помочь человеку. Часто ко мне приходят пожилые люди и рассказывают, что врачи в поликлиниках говорят им примерно следующее: «Что вы хотите? Посмотрите, сколько вам лет!». Моя позиция такая — если специалист напомнил про возраст, значит, он не умеет лечить людей. Когда мы лечим пожилых, наша цель не сделать их молодыми, а улучшить качество жизни.

— Между официальной и нетрадиционной медициной непреодолимая пропасть?

— Китайцы не отрицают европейскую медицину, наоборот, речь идет о том, чтобы синтезировать достижения одной и другой традиций. Когда у человека в Китае болит голова или поднялось давление, он выпивает такую же таблетку, как европеец. А дальше идет на обследование и использует возможности китайской медицины.

Действительно, традиционная медицина выступает, например, против массажа или иглотерапии при грыжах позвоночника, при онкологических заболеваниях. Однако я знаю, что вытащил очень много людей, которым при таких заболеваниях помогла нетрадиционная медицина. Онкологи порой довольно категоричны, говорят, что наша медицина — это нечто из области фантастики. Однако, не умаляя достижений онкологов, надо отметить, что случается, что люди после лечения онкологических заболеваний находятся в таком состоянии, что их качество жизни нельзя назвать приемлемым. И я пытаюсь им помочь после операции, химиотерапии, после лучевой терапии.

— Нетрадиционную медицину обвиняют еще в том, что это исключительно бизнес.

— Если для кого-то это только бизнес, то это не лечение. Мы зарабатываем деньги своей работой, но я никогда не беру плату у тех, кто не может заплатить. Даже в наше время случается, что люди расплачиваются натуральными продуктами. Недавно женщина привезла столько укропа, что мы не знали, что с ним делать.