Схватка за дом. По праву родства или завещания?

Житель Хойников пять лет пытается вернуть себе родительский дом.

Житель Хойников Александр Копытов пять лет кружил по судам, прокуратурам и иным инстанциям в попытках вернуть родной дом в Октябрьском, но остался ни с чем. Если не считать вороха документов с лаконичными формулировками: «Нарушений нет, в возбуждении уголовного дела отказать».

Есть три версии этой истории. Одна — документальная. И две — из уст «заинтересованных лиц». 

 

Официальная версия такова: мать Александра Копытова, 88-летняя пенсионерка, жительница Октябрьского, умерла своей смертью (хоть и наступила смерть, согласно заключению эксперта, от последствий закрытой черепно-мозговой травмы, удара тупым предметом, но получить такую травму она могла и от падения). При жизни старушка отписала свой дом дальней родственнице, а не единственному сыну. Решения судов, отказы прокуратуры возбуждать уголовное дело оспаривались Александром Копытовым, но безрезультатно.

Мужчина живёт в Хойниках, преподаёт специальные дисциплины в местном ПТУ, с женой живёт в общежитии. Родился он в Октябрьском, был единственным сыном у пары, испытавшей ужасы войны: отец воевал, мать угоняли в Германию. «В этом доме прошло моё детство и юность, в этом доме я жил с женой, тут родился мой первый сын. А сейчас через махинации меня даже не пускают на родной порог — дом достался неизвестным людям», - с горечью говорит Александр и показывает семейные альбомы с пожелтевшими фотографиями.


Родители Александра Копытова

По его словам, в советское время он с семьёй уехал в Казахстан, пожили там, затем вернулись на родину, обосновались в Хойниках, устроились на работу. Дети остались в Казахстане. В Октябрьском жила старенькая мать. «Мы её навещали, на зиму забирали к себе, но это же старый человек! Всё твердила: домой хочу, тем более соседи позвонили, что кто-то окошко выставил в её доме, она волновалась, заторопилась в Октябрьский. Мы просили остаться у нас, но её тянуло в родные стены. Пришлось отвезти», — вспоминает житель Копытов.

В мае 2011 года Александру позвонила дальняя родственница и ошарашила его: «Что вы там сидите? Тут вашу мать хоронят!». Супруги были поражены, примчались в Октябрьский.

«Мы не могли понять — что происходит? Мать лежала в гробу, в простой повседневной одежде, в платочке, на котором были пятна крови, вокруг суетились незнакомые люди, которые встретили нас враждебно. Что произошло, как мать умерла? — Ничего нельзя было добиться! Незнакомая женщина утверждала, что мать умерла от инфаркта или инсульта. Но почему платок в крови, почему такие поспешные похороны, почему нам никто не сообщил? — И мы поехали в милицию, настояли на экспертизе», — рассказывает Александр.

Экспертиза показала, что Ольга Михайловна Копытова умерла по причине закрытой черепно-мозговой травмы, нанесённой тупым предметом по голове (хотя первоначально прибывший на место врач констатировал совсем иную причину смерти — инсульт). Эксперт не исключал, что престарелая женщина могла получить столь серьёзную травму от падения на плоскости. И в возбуждении уголовного дела по факту смерти было отказано. После смерти оказалось, что дом «отписан» по завещанию у нотариуса не единственному сыну, а некоей гражданке, которая впоследствии утверждала, что смотрела за Ольгой Михайловной, она же и похороны организовала.

«Там сто нарушений в документах! В завещании мать указана как свидетель, а не как завещатель, нет её подписи — но никому до таких «мелочей» дела нет! Социальный работник утверждает, что навещал её в четверг, а по заключению экспертизы она уже во вторник была мёртвой. Эта женщина, которой достался дом, утверждала, что она — племянница моей матери. Как же так? Я её впервые видел на похоронах! Мать на меня оформляла доверенность на распоряжение вкладами в банке, потом дело коснулось — там никаких денег и нет, всё почистили! Когда я приехал, на похороны и потребовал провести экспертизу, начальник РОВД мне сказал: вы тут никто, возвращайтесь туда, откуда приехали! В прокуратуре сказали: пишите, что хотите и куда хотите, мы всё равно напишем отказ, а вышестоящие инстанции ваши заявления отправят нам на разбирательство», — жалуется житель Хойников.

Тамара, нынешняя владелица дома, эту ситуацию видит по-своему, и излагает третью версию. «Всё законно, все документы есть, все суды прошли. А этот человек с Хойников — он вообще никто, он вообще и не сын никакой покойной, он усыновлённый. Он никогда не приезжал к ней. А она его не любила!», — уверяет Тамара Александровна. И утверждает, что «бабушка умерла, сидя на диване, от обширного инфаркта».

«Он не сын ей, я говорю, она его не любила. Может, он всё забыл, у него склероз? Просто хочет мне насолить», — считает наследница.

«Я так это не оставлю. Неужели в нашей стране нельзя найти правды или управы на махинаторов и тех, кто их покрывает?», — заявляет в свою очередь Александр.