Кризис в ЕГУ: кто виноват и что делать?

Внутренний конфликт ЕГУ — это конфликт между теми, для кого ЕГУ — это бизнес, и теми, для кого университет — часть судьбы...

Нынешний конфликт в Европейском гуманитарном университете между администрацией вуза и преподавательским коллективом вспыхнул не на ровном месте — это последствия схожих трений, возникших еще в 2009 году.

Чем руководствуется администрация ЕГУ, единолично принимая судьбоносные решения, и имеют ли под собой законные основания попытки академического сообщества сопротивляться решениям администрации? Что ждет вуз в ближайшем будущем? На эти и другие вопросы искали ответы участники дискуссии «ЕГУ сегодня: как преодолеть кризис», организованной в Минске аналитической лабораторией Центра развития студенческих инициатив.


Фото Delfi

Когда все-таки начался кризис в ЕГУ?

Председатель сената ЕГУ профессор Павел Терешкович, уволенный из университета в начале февраля, напомнил, что кризис обострился в апреле 2012 года, когда проходили выборы в сенат. В процессе избирательной компании не были зарегистрированы доцент Андрей Лаврухин и профессор Татьяна Щитцова, известные своим открытым критическим отношением к ряду решений ректората. В результате бойкота со стороны преподавателей выборы не состоялись.

В сентябре проректор Бернардас Гайлюс начинает реформу профессорско-преподавательского состава. В целях сокращения штатов предложено снизить зарплату преподавателям-совместителям на 80%, но деканы и директора департаментов добились меньшего сокращения — на 40%.

Как отметил Андрей Лаврухин, сейчас мы наблюдаем последствия конфликта, который разгорелся между администрацией и преподавателями еще в 2009 году: «Другими словами, речь идет о том, что проблема не в нас, а в том, что возникла та же проблема — только в новой форме и более масштабно, усугубляясь».

Тогда группа преподавателей департамента политических наук ЕГУ выступила с открытым письмом, в котором выразила обеспокоенность в связи с нарушением декларируемых вузом принципов уважения академических свобод. Авторы письма, в частности, не согласились с тем, что руководители бакалаврской программы «Политология и европейские исследования» назначаются руководством вуза, а не выбираются согласно предложенной ими Концепции развития политической науки и образования в ЕГУ. Письмо подписали Андрей Казакевич, Андрей Егоров, Сергей Богдан, Денис Мельянцов, Алексей Дермант, Татьяна Чижова, Татьяна Водолажская.

Позже все они ушли из университета.

Преподаватели выступают против создателя ЕГУ?

На новом конфликтном витке преподаватели избрали иную тактику — не уходят из университета, а пытаются отстаивать свою точку зрения, выступая против авторитарных методов администрации в целом и ректора ЕГУ Анатолия Михайлова в частности.

«ЕГУ является авторским негосударственным проектом, но не персональным проектом Михайлова, — подчеркнул Андрей Лаврухин. — Хочу отметить, что ЕГУ создавался Анатолием Михайловым, Владимиром Дунаевым, митрополитом Филаретом и Валерием Золотарем не на средства ректора, а на деньги спонсоров».

Когда в 2004 году власти закрыли ЕГУ, в Минске остался лишь теологический факультет, который перешел к БГУ (там теперь и работает Золотарь). Тогда была возможность сохранить университет в Минске, если бы Михайлов согласился с требованиями властей и оставил пост ректора. Но преподаватели поддержали Михайлова и не согласились на такой вариант. И ЕГУ вынужден был переехать в Вильнюс.

«Теперь в демократическую платформу ЕГУ, которая не согласна с действиями администрации, вошло большинство тех, кто в 2004 году как раз и поддержал ректора», — отметил Лаврухин.

Почему преподаватели ЕГУ соглашались работать без трудовых контрактов?

Всего в ЕГУ сегодня преподают 240 человек. Администрация вуза сейчас проводит конкурс на замещение 17 преподавательских позиций, с которыми будут заключены пятилетние договоры с возможностью продления. Дополнительно 40 преподавателей будут наняты путем внутреннего конкурса, департаменты самостоятельно предложат кандидатуры. Их контракты будут рассчитаны на два года. Все остальные вакансии будут заполняться путем индивидуальных контрактов.

Заместитель председателя профсоюза преподавателей ЕГУ Константин Ткачев отметил, что из 240 преподавателей около 40 — граждане Литвы, с которыми трудовые отношения оформлены в соответствии с литовским законодательством. С остальными «трудовые отношения оформлены ненадлежащим образом» — преподаватели работают не по трудовым договорам, как того требует законодательство, а по договорам об оказании услуг.

Такая форма трудовых отношений ограничивает права преподавателей, отметил Ткачев. По его словам, если после проведения конкурса они не останутся работать в ЕГУ, то «покинут университет без всяких гарантий соцзащиты, не получат компенсации».

Преподаватели говорят, что раньше им и в голову не приходило, что необходимо защищаться от администрации. «Люди работали там вдохновенно, а первые годы — на энтузиазме и доверии», — отметил Андрей Лаврухин.

Когда же несколько лет назад зашла речь о том, чтобы привести трудовые отношения в соответствие с законом, то преподавателям объяснили, что на «упрощенном» варианте оформления трудовых отношений с преподавателями не жирующий ЕГУ экономит на уплате налогов.

«Теперь администрация проводит конкурс на уже занятые позиции — конкурс на лояльность», — считает Андрей Лаврухин.

Какова позиция студентов?

Безусловно, в ЕГУ есть разные позиции в отношении конфликта. Многие студенты придерживаются мнения, что их главная задача — учиться, а не конфликтовать. 

Такая позиция распространена, отметил член Совета студенческого представительства ЕГУ Андрей Цылько: «Пока человек не сталкивается с реальной проблемой в учебном процессе, вызванной конфликтом или позицией администрации, его происходящее мало трогает. Однако очень многие студенты не уверены, что  в результате конкурса останутся лучшие преподаватели. Мы даже предлагали наделить некоторых иммунитетом, однако администрация не пошла нам навстречу».

Однако в поддержку уволенного председателя сената Павла Терешковича было собрано около 1500 подписей, а преподавательское сообщество заявило о намерении провести серию акций академического неповиновения и забастовочном процессе.

Что делать?

Студенты считают, что прежде надо сесть за стол переговоров и уже пытались собрать за ним конфликтующие стороны. Однако, отметил Андрей Цылько, безрезультатно.

«Позиция профсоюза такая: с каждым, кто работает в ЕГУ, необходимо сначала заключить трудовой договор, а затем уже проводить конкурс», — подчеркнул Константин Ткачев.

Что касается уже уволенного Павла Терешковича, то профсоюз намерен оспорить это решение в суде, если Инспекция по труду, в которую обратился профсоюз, не сможет поспособствовать восстановлению председателя сената на работе.

Сам Павел Терешкович уверен, что кризис «нельзя преодолеть внутренними силами». Необходим медиатор, которым может стать либо юридическая фирма, либо человек, пользующийся авторитетом и у администрации, и у академического сообщества. Такой фигурой, по мнению Терешковича, является бывший посол Швеции в Беларуси Стефан Эрикссон.

По словам Терешковича, внутренний конфликт ЕГУ — это «конфликт между теми, для кого ЕГУ — это бизнес, и теми, для кого университет — часть судьбы».

«Мы, те, кто инвестировал в ЕГУ не только свое время, навыки и умения, а часть себя, имеем право на то, чтобы определять, как он будет развиваться дальше, потому что это касается наших судеб», — считает Терешкович.

Как отметил в комментарии для БелаПАН менеджер проектов Центра развития студенческих инициатив Вадим Можейко, «вопрос ЕГУ — достаточно важный для белорусской системы высшего образования, ведь это пример того, что случается, когда белорусский вуз попадает, наконец, в Болонский процесс, и что с ним дальше происходит».

По мнению Можейко, проблеме ЕГУ не хватает дискуссии — «те, кто участвует в конфликтах, должны говорить друг с другом и говорить открыто, чтобы об этом слышала общественность».