Беларусь хочет поиграть в ШОС

Хотя власти пока не могут внятно объяснить, какие преимущества получит страна в связи с повышением ее статуса в Шанхайской организации сотрудничества.

Саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), прошедший 23-24 июня в Узбекистане, стал первым, в котором Беларусь участвовала на высшем уровне в новом статусе — наблюдателя. Между тем, более тесное сотрудничество с этой организацией не только не открывает пока зримых выгод, но и может принести головную боль.


Фото пресс-службы президента

Заявка на получение этого статуса была подана еще в декабре 2005 года. Александр Лукашенко говорил тогда, что в результате страна «может получить мощные дивиденды не только в политической, но и экономической сферах». Однако ждать пришлось достаточно долго, даже статус «партнера по диалогу» был получен лишь пять лет спустя. И только на прошлогодней аналогичной встрече в Уфе цель была достигнута.

В государственных медиа тогда появились восторженные комментарии, в которых утверждалось, что перед нашей страной открываются самые радужные перспективы. При этом подчеркивалось, что Беларусь сделала правильный выбор между возглавляемым США однополярным блоком, находящимся в состоянии упадка, и динамично развивающимся многополярным, где главную роль играют Россия и Китай.

Аппетит, как известно, приходит во время еды, и на днях глава белорусского внешнеполитического ведомства Владимир Макей заявил, что в будущем может быть рассмотрена возможность полноправного членства Беларуси в ШОС, хотя «пока в прямой плоскости этот вопрос не ставится». Более амбициозно высказался на саммите в Ташкенте глава белорусского государства: «Как страна — наблюдатель в ШОС мы не собираемся, выражаясь спортивной терминологией, следить за игрой со скамейки запасных. Беларусь готова стать активным полевым игроком на пространстве организации и внести весомый вклад в ее работу на благо наших народов и членов Шанхайской организации сотрудничества».

Так какие же выгоды может получить Беларусь от большей формализации взаимоотношений с этой организацией?

В своем выступлении в Ташкенте белорусский лидер поставил на первое место объединение усилий «для ликвидации различных форм и проявлений терроризма, экстремизма, организованной преступности и наркотрафика, упреждения чрезвычайных ситуаций и конфликтов».

Слов нет, задачи благородные. Остается, правда, не вполне понятным, какова здесь может быть роль нашей страны, граничащей только с одним из нынешних и потенциальных членов ШОС всех уровней, а от остальных расположенной на весьма значительном отдалении.

В таких условиях сложно представить, что соответствующие белорусские структуры будут непосредственно участвовать в борьбе с терроризмом, например, в Афганистане, если даже Таджикистану, партнеру по ОДКБ, Минск подобное содействие оказывать не особо торопится.

В свете этого возникает подозрение, что все разговоры на эту тему ведутся лишь для демонстрации готовности к выполнению обязательств, тогда как истинные цели сближения лежат в иной плоскости.

Собственно, они особо и не скрываются. В том же выступлении Лукашенко отметил, что вторым магистральным направлением взаимодействия должна стать экономическая кооперация. Белорусский президент подчеркнул: «В число важных ориентиров формирования экономической политики Шанхайской организации сотрудничества должно войти взаимодействие с Евразийским экономическим союзом».

Были также обозначены сферы деятельности, в которых официальный Минск заинтересован: транспорт, логистика, энергетика и продовольственная безопасность.

К сожалению, кроме очередного упоминания Китайско-белорусского индустриального парка «Великий камень», ничего конкретного не прозвучало. Поэтому пока трудно сказать, насколько оправданными являются ожидания.

Возможно, со временем из ШОС действительно получится что-нибудь стоящее. Вместе с тем, не очень ясно, почему недостаточно просто участвовать в проекте «Экономический пояс Шелкового пути» в рамках постоянно декларируемого стратегического партнерства с Китаем.

Кстати, дипломаты и эксперты по поводу перспектив Беларуси в ШОС высказываются довольно осторожно. Так, после прошлогоднего радостного события заместитель министра иностранных дел Валентин Рыбаков сообщил, что различие между партнером по диалогу и наблюдателем заключается в участии последнего в большем числе мероприятий, таких как открытие заседаний Совета глав государств или Совета глав правительств.

Наверное, с бюрократической точки зрения это обстоятельство имеет какой-то смысл, но в практическом плане не впечатляет.

В общем, до сих пор никто так и не смог внятно объяснить, какие преимущества получит наша страна в связи с повышением ее статуса в этой организации. Если, разумеется, не считать возможности расширить спектр встреч на высшем уровне.

В силу наличия многочисленных внутренних разногласий, в том числе территориальных, нет уверенности в успешном будущем и самой ШОС. Уже в следующем году к ее постоянным членам добавятся Индия и Пакистан, которые с 1947 года, споря за Кашмир, успели провести три полномасштабные войны.

Кроме того, узбекские и таджикские пограничники вступают в перестрелки с киргизскими; Китай требует признать за собой регион Южный Тибет, на территории которого располагается индийский штат Аруначал-Прадеш; Казахстан, Россия, Иран, Азербайджан и Туркменистан спорят из-за разграничения Каспийского моря…

Но, главное, явную борьбу за лидерство в организации ведут Россия и Китай, причем, похоже, преимущество переходит к Поднебесной.

В итоге белорусское руководство может быть поставлено перед нежелательным выбором.