Карабахский кризис. Миротворческая миссия Минска может ограничиться вывеской

Несмотря на то, что группа ОБСЕ по решению карабахского конфликта до сих пор называется Минская, ее встречи уже давно проходят в Вене.

 
Беларусь немедленно отреагировала на серьезное обострение ситуации вокруг Нагорного Карабаха. 2 апреля внешнеполитическое ведомство выразило обеспокоенность возобновлением активных боевых действий с применением тяжелых видов вооружений и призвало стороны избегать любых шагов, ведущих к росту напряженности и человеческим жертвам.
 
 
 
Формальное членство в Минской группе
 
При этом было отмечено, что Беларусь «последовательно выступает за мирное разрешение конфликта… на основе соблюдения и обеспечения суверенитета, территориальной целостности и нерушимости границ государств».
 
Александр Лукашенко провел телефонные переговоры с президентами Азербайджана и Армении, выразил обеспокоенность ситуацией и призвал обе стороны к диалогу.
 
Конечно, такую активность можно объяснить членством Беларуси в Минской группе ОБСЕ по Нагорному Карабаху. Кстати, вхождение в эту группу тоже стало следствием активности, которую наша страна пыталась проявить на международной арене на заре своего независимого существования.
 
Когда в марте 1992 года в рамках тогдашнего Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) было решено созвать конференцию по Нагорному Карабаху с целью добиться прекращения огня и начать переговоры о статусе региона, Беларусь предложила свою столицу в качестве места первых переговоров, откуда и возникло название «Минская группа ОБСЕ».
 
Однако Минской группе удалось выполнить только одну из своих функций — обеспечить постоянный форум для переговоров. Причем встречи теперь проводятся в Вене, так что участие Минска стало в весьма значительной степени формальным.
 
Честно говоря, иного ожидать было трудно, учитывая скромный политический вес Беларуси в мире. И уж если сильным мировым игрокам не удается убедить или принудить Баку и Ереван найти компромисс, то Минску рассчитывать на внесение мало-мальски заметного вклада в решение карабахской проблемы тем более не приходится.
 
 
В погоне за миротворческими лаврами?
 
Тем не менее, похоже, что относительный успех в роли площадки для переговоров по ситуации вокруг Украины вызывает у белорусского руководства настойчивое стремление не останавливаться на достигнутом. Можно, например, вспомнить предложение Минска о посредничестве между Москвой и Анкарой в разрешении конфликта, разгоревшегося после сбитого турками в прошлом году российского самолета.
 
Вот и сейчас энергичные действия белорусских властей позволяют предположить наличие у них желания сыграть аналогичную роль.
 
Некоторые эксперты считают подобное развитие событий возможным, но на деле оно крайне маловероятно. В двух вышеприведенных случаях (украинском и турецком) конфликты только начинались и никаких структур по их разрешению, естественно, не было. Здесь же имеется Минская группа, и именно на нее наверняка и будет возложена соответствующая миссия.
 
 
Многое будет зависеть от Москвы
 
Однако для нашей страны в этом вопросе существует гораздо более важный аспект, поскольку она имеет с участниками конфликта собственные специфические отношения.
 
Беларусь, Армения и Азербайджан входят в СНГ и в программу Евросоюза «Восточное партнерство». С Арменией вдобавок мы состоим в ОДКБ и ЕАЭС, зато с Азербайджаном установилось более эффективное экономическое сотрудничество.
 
Поэтому возобновление конфликта, безусловно, создает для официального Минска достаточно серьезную проблему — попытаться пройти между Сциллой и Харибдой, не испортить отношения ни с одной из сторон.
 
Между тем в МИД Армении послу Беларуси уже высказали «глубокое недоумение» в связи с рядом положений заявления белорусского внешнеполитического ведомства от 2 апреля, которые якобы не соответствуют духу отношений между двумя странами.
 
Есть мнение, что это связано с использованной Минском формулировкой касательно территориальной целостности и нерушимости границ. Ереван ведь удерживает так называемый Лачинский коридор — несколько уже чисто азербайджанских районов, которые по территории в два раза больше спорного Карабаха.
 
В Армении наверняка недовольны и тем обстоятельством, что, согласно данным ООН, в последние годы Азербайджан был одним из регулярных покупателей белорусской военной техники — танков, гаубиц, штурмовиков, причем в больших количествах.
 
И хотя белорусский МИД категорически отверг оказание военной помощи любой из сторон, это, скорее всего, справедливо лишь для настоящего времени.
 
Понятно, что очень многое в карабахском конфликте теперь зависит от поведения Москвы. Если она твердо станет на одну из сторон, то маневрировать Минску будет чрезвычайно сложно, особенно с учетом того, что в последнее время его и так регулярно обвиняют в отсутствии союзнического рвения.
 
В этих условиях либо имиджевые, либо материальные потери Беларуси будут практически неизбежны, и останется лишь надеяться, что карабахский кризис достаточно быстро удастся вернуть в замороженное состояние.