Изменения в законодательство перед выборами в парламент. Есть возможность, но нет желания

Всякий раз, когда белорусские власти меняют избирательное законодательство, они делают это абсолютно безопасно для себя, пусть внешне это выглядит как уступки Европе.

Белорусская оппозиция пытается использовать дипломатическую игру между Минском и Брюсселем, чтобы добиться демократизации внутриполитической жизни. В частности, через изменение избирательного законодательства. Но эксперты не слишком верят, что власти на это пойдут перед парламентскими выборами 2016 года.

Пять лидеров оппозиции 29 октября предложили Евросоюзу пошаговую дорожную карту по выстраиванию отношений с белорусским руководством. Авторы письма в Брюссель считают, что нужно использовать нынешнюю приостановку санкций против Минска, чтобы подтолкнуть его к выполнению пунктов этого документа.

Два из трех пунктов дорожной карты касаются корректировки привычных и удобных для властей подходов к проведению выборов. В частности, руководству страны предлагается изменить избирательное законодательство и его правоприменительную практику, с тем чтобы «вернуть право выбора» белорусскому народу, а также провести парламентские выборы 2016 года в соответствии с демократическими стандартами.

Власти научились применять закон по-своему

Сергей АльферЗа минувшие пятнадцать лет Избирательный кодекс претерпевал изменения семь раз, отметил эксперт по избирательному законодательству Сергей Альфер.

Сначала поправки носили по большей части технический характер, а первые по-настоящему серьезные изменения законодательства произошли в 2006 году, когда были значительно ухудшены условия формирования избирательных комиссий.

«До этого в комиссии могли входить представители политических партий, после изменений — только члены партий, что очень серьезно отличается», — пояснил эксперт.

По его мнению, поправки 2006 года представляли собой «сплошной регресс» в области избирательного законодательства, когда власть «решила, что она может зажать гайки и ухудшить условия проведения выборов нежелательным для нее лицам».

Однако в 2008 году началась оттепель в отношениях с Европой. Как следствие, власти провели кардинальную корректировку избирательного законодательства в 2010 году — пусть и достаточно специфически, но приняли сразу несколько десятков предложений ОБСЕ по проведению свободных и справедливых выборов, чего не случалось ранее.

Так, в избирательную практику ввели избирательные фонды, упростили порядок заполнения подписных листов. В то же время положение о формировании избирательных комиссий на треть из представителей политических партий и общественных объединений власти стали реализовывать в своей манере — «вводить в состав комиссий только тех представителей, которых сами хотели видеть», отметил эксперт.

Очередная волна серьезных изменений избирательного законодательства пришлась на 2013 год: «Были введены запрет на бойкот, необходимость аккредитации наблюдателей, появилось понятие общих плакатов, которые мы впервые увидели на прошедших президентских выборах».

Кроме того, отметил Альфер, у кандидатов стало больше возможностей для самостоятельного финансирования кампании, но в то же время было «фактически упразднено государственное финансирование».

По словам собеседника, кампания президентских выборов 2015 года оказалась блеклой, в частности, и потому, что агитация велась без государственного финансирования. «Если бы не журналисты, вынужденные говорить о выборах, то народ бы, наверное, не знал, что они проходят», — сказал эксперт.

Последние изменения избирательного законодательства произошли перед выборами 2015 года и носили технический характер.

Таким образом, по словам Альфера, всякий раз, когда белорусские власти меняли избирательное законодательство, они делали это абсолютно безопасно для себя, пусть внешне это порой выглядело как уступки международным структурам.

Нужно изменить политическую атмосферу

Авторы письма в Брюссель говорят о трех основных поправках в избирательное законодательство. Они касаются включения представителей оппозиции в состав избирательных комиссий, жесткой регламентации или полного упразднения практики досрочного голосования, а также непосредственной прозрачности выборов, когда при подсчете голосов наблюдателям демонстрируют каждый бюллетень.

Впрочем, даже такие серьезные корректировки законодательства Сергей Альфер считает абсолютно безопасными для сегодняшнего руководства страны, поскольку они могут быть «совершенно спокойно нивелированы в силу того, что политические оппозиционные структуры не имеют достаточно ресурсов и возможностей для контроля над соблюдением этих норм».

«Допустим, дадут право политическим партиям включать своих членов в избирательные комиссии или, например, кандидатам в депутаты — какого-то своего представителя, — рассуждает эксперт. — Сколько политических партий у нас могут ввести своих людей в избирательные комиссии? Единицы, потому что нет у наших политических структур на сегодняшний день таких ресурсов. Власти же, как формировали, так и будут формировать своими представителями 98% состава избирательных комиссий».

«А в состоянии ли наши оппозиционные демократические силы, общественные объединения привлечь достаточное количество наблюдателей, которые будут видеть каждый бюллетень? Нет, и тут они максимум 2-5% всей работы смогут сделать», — добавил собеседник БелаПАН.

Впрочем, сегодня власти, по его мнению, едва ли пойдут на изменение избирательного законодательства — не потому, что боятся катастрофических для себя последствий, но исключительно из прагматизма: «А зачем менять, если сегодняшняя система работает? Если за президента, который становится все более старым, продолжают голосовать люди, то можно и дальше проводить выборы по прежней схеме».

Приближать законодательство к демократическим стандартам эксперт считает чрезвычайно важным, но вместе с тем полагает, что без изменения политической системы в целом нововведения работать не будут.

«Прежде необходимо легализовать и создать более комфортные условия работы для политических партий, общественных объединений, прекратить преследовать за мнения, установить реальную свободу слова, собраний. То есть люди должны почувствовать, что они живут не в резервации, где им уготовлены «чарка и шкварка», но запрещено все, что касается политических прав», — пояснил Альфер.

Стоит добавить, что авторы письма в Брюссель также говорят о необходимости расширить пространство свободы в стране, организовать внутрибелорусский диалог. Вопрос, однако, в том, как заставить власти на это пойти.

Оппозиция надавить не может, а Европа не слишком хочет

Юрий ЧаусовПолитолог и юрист Юрий Чаусов также полагает, что пока у властей нет острой необходимости вносить кардинальные изменения в избирательное законодательство. Нет и факторов, которые бы заставили руководство Беларуси принять такое решение.

Собеседник отметил, что фактически единственным субъектом, который «в определенной мере может выступить агентом, стимулирующим перемены в избирательном процессе», является Запад, но с западными структурами белорусское руководство постепенно налаживает отношения.

А тот факт, что лидеры ряда оппозиционных структур обратились в Евросоюз с просьбой выступить посредником в решении внутриполитических вопросов, по мнению политолога, свидетельствует о том, что «внутренних сил заставить власти изменить избирательное законодательство и порядок проведения выборов в Беларуси они в себе не ощущают».

«Я не думаю, что в преддверии парламентских выборов вопрос серьезного изменения избирательного законодательства находится на политической повестке дня белорусских властей, — отметил Чаусов. — Хотя и не исключаю, что перед самыми выборами в парламент власти обратят внимание на некоторые рекомендации ОБСЕ».

Аналитик подчеркнул, что именно рекомендации ОБСЕ, а не «каких-либо посредников из Евросоюза», являются тем словом, к которому «белорусские власти де-юре должны прислушиваться».

В этом плане руководство Беларуси имеет пространство для маневра, чтобы и систему не менять, и заработать себе плюс в глазах международных структур.

«Среди рекомендаций ОБСЕ есть те, что не имеют отношения к принципиальным условиям избирательного процесса. То есть диалог может вестись по каким-то не самым важным вопросам избирательной практики, а не по сути законодательства», — полагает Чаусов.