К идее «русского мира» белорусы толерантны

С искаженным представлением о демократии белорусы если и отличаются от россиян, то незначительно. Но с украинцами у этих двух народов общего существенно меньше…

Понятие «русский мир», означавшее для людей старшего поколения пространство русской культуры, после аннексии Крыма стало означать притязание. Между тем изрядная доля белорусов относится к «русскому миру» благосклонно.

«Мы фактически один народ», — заявил президент России Владимир Путин в своей крымской речи 18 марта 2014 года, имея в виду русских и украинцев.

Патриарх Кирилл в сентябрьском выпуске программы «Слово пастыря» пополнил единый народ белорусами и в своем обобщении поднялся до цивилизационного уровня:

«Если говорить о цивилизации, то Россия принадлежит к цивилизации более широкой, чем Российская Федерация. Эту цивилизацию мы называем русским миром. Русский мир — это не мир Российской Федерации, это не мир Российской империи. Русский мир — от киевской купели крещения. Русский мир — это и есть особая цивилизация, к которой принадлежат люди, которые сегодня себя называют разными именами — и русские, и украинцы, и белорусы».

А что по этому поводу думают сами белорусы? В марте 2015 года (здесь и далее данные НИСЭПИ) с формулировкой «белорусы, русские и украинцы — это разные три ветви одного народа» согласилось 67% респондентов, тогда как с формулировкой «разные народы» — 27%

В июньский опрос был включен вопрос об отношении белорусов к «русскому миру» в трактовке патриарха Кирилла, то есть цивилизационной. Мнения разделились так: «отношусь безразлично» и «отношусь положительно» — по 39%, «отношусь отрицательно» — 15% (7% затруднилось с ответом).

Таким образом, несмотря на высокий уровень безразличия к проблеме «русского мира» в белорусском обществе, доля положительных ответов в 2,6 раза превысила долю отрицательных.

Жених из Германии предпочтительнее сербского

В социологии глас народа (vox pópuli) не принято принимать за глас Бога (vox Déi), не подвергнув предварительному анализу. Что я и попытаюсь сделать.

Прежде всего, необходимо провести границу между понятиями «народ» и «цивилизация». Народ, если ограничиться культурно-этнической рамкой, — население определенной страны.

С цивилизацией так просто не разобраться. Но прибегну к помощи американского политолога Сэмюэля Хантингтона: «Цивилизации — это самое большое «мы», где человек чувствует себя в культурном отношении дома, и одновременно то, что отделяет нас от всех «них» — тех, что вовне».

Поляки и испанцы — это один народ или разные? Безусловно, разные. Какие тут могут быть сомнения. А как насчет цивилизационной общности? И в данном случае сомневаться не приходится. Оба народа являются частью западно-христианской цивилизационной семьи. В отличие от греков, нынешние проблемы которых во многом порождены неспособностью сменить цивилизационную идентичность.

Напомню, что согласно классику цивилизационного анализа Арнольду Тойнби, греки относятся к основной (балканской) ветви православной цивилизации.

Чувствуют ли русские женщины бальзаковского возраста, заполняющие летом белорусские санатории, себя в культурном отношении дома? Лично я в этом не сомневаюсь. И уверенность основана не на российской пропаганде (телевизор я не смотрю), а на регулярном общении в плацкартных вагонах поезда Минск — Санкт-Петербург.

А теперь посмотрим на проблему с белорусской стороны. С кем толерантные белорусы готовы породниться? Ограничусь пятью самыми популярными ответами, полученными в июне: с русскими — 39%, с украинцами — 23%, с поляками — 18%, с западноевропейцами (англичане, французы, немцы и др.) — 16%, с жителями Центральной Европы (чехи, словаки, сербы и др.) — 10%.

Рекомендую обратить внимание на две последние позиции. Готовность породниться с западноевропейцами выше, чем с братьями-славянами из Центральной Европы. Культурная общность культурной общностью, но и о материальной стороне вопроса забывать не следует. Жених из Германии предпочтительнее сербского.

«От жизни», а не от Конституции

Профессиональный разговор на тему единства/различия народов потребует как минимум многостраничного реферата. Поэтому ограничусь таблицей, позволяющей сравнить уровень гражданской зрелости трех славянских народов.

Конституции России, Украины и Беларуси определяют народ в качестве единственного суверена. В частности, статья 3 белорусского Основного закона гласит: «Единственным источником государственной власти и носителем суверенитета в Республике Беларусь является народ».

Казалось бы, какие тут могут быть сомнения, если учесть, что согласно статье 1 «Республика Беларусь — унитарное демократическое социальное правовое государство»? Однако 49% белорусов считают иначе (среди сторонников Лукашенко — 61%)!

Понять такой парадокс несложно. Отвечая на вопрос о суверене, большинство белорусов шло «от жизни», а не от Конституции. Как тут не вспомнить популярную еще в советские годы поговорку: «Не верь тому, что написано, тем более если написано на заборе».

Кто, согласно Конституции, является носителем суверенитета и власти в Беларуси (России, Украине)? 

вариант ответа

Россия*
Украина**
Беларусь

отношение к Лукашенко

доверяют

не доверяют

президент
55
26
49
61
38
народ
23
57
45
34
56
*ВЦИОМ, ноябрь 2014 г.
**Источник: И.Бекешкина, директор фонда «Демократические инициативы имени И.Кучерива
»

 
В каком направлении развивается политическая жизнь в Беларуси? Ровно год назад 30% (среди сторонников Лукашенко — 51%) респондентов полагало, что в направлении демократии.

Такой вот в Беларуси своеобразный демос (народ). Типичный представитель его «большинства» верит, что живет в демократической стране, носителем суверенитета и власти в которой является глава государства!

А какова же тогда роль народа (демоса)? На этот вопрос дал исчерпывающий ответ сам носитель белорусского суверенитета еще в начале своей политической карьеры: «Народ осуществляет реальную демократию, избирая главу государства и законодательную власть. После этого глава государства и депутаты должны действовать а рамках Конституции. Вот и вся демократия».

И с таким представлением о демократии белорусы если и отличаются от россиян, то незначительно. Но с украинцами у этих двух народов общего существенно меньше. Что на практике сегодня и наблюдается. Наблюдается и без знакомства с результатами сравнительных социологических исследований. 


Об авторе

Сергей Николюк — аналитик, эксперт НИСЭПИ. В отличие от молодого поколения профессиональных политологов весьма скептически относится к западному гуманитарному наследию, будучи уверенным, что оно создано для описания иного типа общества. Отсюда склонность к цитированию российских авторов, в первую очередь социологов «Левада-центра».