Андрей Дмитриев. ПРАВДА. Как нам расширить зону свободы

Малочисленные и непродуманные уличные акции оппозиции не расширяют «зону свободы», а снижают её привлекательность в глазах людей.

Андрей Дмитриев

Андрей Дмитриев. Один из основателей гражданской кампании «Говори правду», председатель республиканского совета кампании. Прошел срочную военную службу. Окончил ЕГУ, имеет степень бакалавра политических наук. Выпускник Восточноевропейской школы политических исследований (2007). Основатель Школы молодых менеджеров публичного администрирования (SYMPA), член совета. Управлял собственным бизнесом. В 2001-2012 гг. — член Объединенной гражданской партии. Имеет большой опыт работы в политических кампаниях в Беларуси, России, Украине. На президентских выборах 2010 года возглавлял инициативную группу и избирательный штаб Владимира Некляева. Во время президентских выборов 2015 года возглавлял инициативную группу и избирательный штаб Татьяны Короткевич. Свободно владеет английским языком. Хобби: сквош, сноуборд. Женат, имеет трех сыновей.

Когда Николай Статкевич вышел на свободу в августе 2015 года, своей главной задачей он провозгласил «расширение зоны свободы». Единственным инструментом этого расширения были объявлены массовые акции оппозиции. Прошло девять месяцев, с тех пор оппозиция провела около десятка акций, но так и не смогла сделать их массовыми.

Оказалось, что «зона свободы» на сегодня в Беларуси вмещает в себя до 600 человек и пока не растет. Даже акции протестов предпринимателей, которых у нас вроде бы десятки тысяч, не смогли сделать уличный протест действительно заметным — все те же 600-1000 человек.

В интернете уже составили полушутливый «рейтинг» того, что мешает белорусам выйти на акции: дождь, снег, жара, холод, посевная, уборочная, работа, выходной. Ну а сами организаторы чаще всего списывают малое количество участников на страх и злокозни власти.

Во время встреч с людьми в регионах я всегда спрашиваю, почему они не принимают предложение проявить свою гражданскую активность? И самый типичный ответ — это вовсе не страх (хотя и такое есть): на самом деле обычно люди не видят смысла в публичной демонстрации своей оппозиционности. Не понимают, как их выход на улицу поможет решить ту либо иную проблему.

Получается, «Зона свободы» не может расти без «Зоны смысла», а именно его сегодня в массовых акциях и не хватает.

«Призвал на акцию — дальше жду чуда»

В свою очередь организаторы «политмассовок» в основном живут надеждой на чудо. Чудо должно выразиться в самопроизвольном «возврате 90-х», то есть люди возьмут и вывалят организованными массами на улицы. Но точно так и ретрограды в нашей власти ждут, когда нефть снова будет стоить 100 долларов и больше, а Россия перестанет считать деньги, отстегивая нам тройную цену за нашу продукцию, которая непонятно почему получит привилегированный статус на ее рынке...

А раз главное — это дождаться чуда, то вся организация описывается простым двухшаговым алгоритмом: «Призвал на акцию — дальше жду чуда». И еще шажок в конце, когда чуда не произошло: «Объясняю, кто виноват: погода, народ, Лукашенко». И так раз за разом.

Апогеем подобного подхода стал «Чернобыльский шлях» в год 30-летия катастрофы, который собрал около 1000 человек и символично прошел впрямь как траурный. Только трагедия там была в другом: налицо фатальная неспособность нас в оппозиции привлечь на свою сторону людей, пригласить к активным действиям, даже когда они безопасны. И попытки спасти это какими-то действиями вроде похода по неразрешенному маршруту в количестве 50 человек только подчеркивают эту драму.

Её почувствовал Антон Мотолько, который спросил у себя в ФБ, почему люди не пришли. Очень советую почитать, там два самых популярных ответа: «не знали» и «не видим смысла». Это даже не камень в огород, а камень нам на шею. После таких девяти месяцев говорить про массовые акции протеста всерьез может только человек, который совершенно неадекватно оценивает ситуацию в стране.

Малочисленные и непродуманные уличные акции оппозиции не расширяют «зону свободы», а снижают её привлекательность в глазах людей, наглядно подтверждая тезис пропагандистов, что оппозиция малочисленна и не пользуется поддержкой общества.

Значит ли это, что акции проводить не нужно? Ни в коем случае! Но делать это надо иначе. Возвращать интерес со стороны граждан к участию придется долго, минимум пару-тройку лет.

Новые реалии — 1990-е прошли безвозвратно

Пора признать: 90-е прошли безвозвратно. Слишком многое поменялось. И чтобы делать успешные политические уличные акции, эти перемены следует осознать.

Назову некоторые изменения.

1. Появился интернет — сегодня не редкость, когда трансляцию акции смотрит намного больше людей, чем непосредственно в ней участвует.

2. Изменилось общество и смыслы. Чернобыль — это уже не про катастрофу, а про последствия, с которыми мы живем, например, про массовые раковые заболевания; БНР — это не что-то лучше БССР, а как и БССР форма нашей государственности; политическая уличная акция как таковая после Майдана — это уже подспудная опасность гораздо большего порядка.

3. Информационный поток очень усложнился: сегодня попасть в поле зрения человека сложно — даже просто чтобы он заметил исходную информацию, нужно очень постараться. Не получится объяснить гражданину, что он должен сделать гражданское усилие без очень веских аргументов.

Что делать?

Что эти перемены означают с точки зрения практики организации уличных акций?

Во-первых, акции нужно организовывать. Такая вот банальщина. Знаю, как организаторы одного национального мероприятия, про которое трубили долгие месяцы, лишь за пару дней осознали: блин, ведь никого конкретно не пригласили, и начали обзванивать людей буквально в последний вечер. Чего удивляться потом, что собралось «100 человек с тихарями»?

Недостаточно создать за месяц оргкомитет, подать заявку в исполком и провести две пресс-конференции. Это как раз означает убить акцию. В оргкомитет должна входить молодежь, гражданские и творческие инициативы. И начинать следует заранее, минимум за 4 месяца, с информационной кампании, которая будет подогревать интерес к теме, объяснять, когда состоится акция, почему, зачем, что ожидается от участников.

Во-вторых, мы должны убедиться, что старые форматы вообще подходят под новые условия. Хватит ожидать десятки тысяч чудесным образом враз «прозревших и осознавших» граждан. Давайте примем как факт: на акцию придет до 2000 человек в лучшем случае и 20 000 посмотрит. Это неплохо, ведь также и со спортивными состязаниями: смотрят трансляцию стократно больше, чем сидят на трибунах.

Просто понимая этот факт нам нужны форматы, в которых эти 2000 будут смотреться достойно, а не как кучка маргиналов, идущих из точки А в точку Б с непонятными целями. Если мы не можем сделать массовое шествие, может лучше организовать концерт? Представьте, что День вышиванки вместо Дворца искусств провели на Октябрьской площади — тогда совсем другая картинка. Никто бы не написал: «как много людей пришло». И еще, нам нужен формат, посмотрев который в трансляции, из 20 000 в следующий раз еще 1000 захочет уже поучаствовать лично, а посмотрит уже не 20, а 50 тысяч.

Новый формат должен быть не исключающим, а вовлекающим, то есть приемлем не только для тех, кто уже в оппозиции, но и для широкого круга граждан. Помню, как на День воли пришел парень с красно-зеленым флагом. Понятно, это был вызов, но на него сразу накинулись: «Давай снимай флаг!», вместо того, чтобы сказать: «Супер!» Ведь ты идешь с нами, признаешь, что БНР — это начало нашей независимости, значит мы рады тебе.

В-третьих, надо ввести правило, одна акция — один лозунг. Лозунг адекватный и самой акции, и количеству участников. Убого смотрится, когда в рамках одного мероприятия, где участвует до 100 человек, требуют и Лукашенко в отставку, и флаг вернуть, и дать льготы ИП, и не повышать пенсионный возраст, и назначают альтернативное правительство и… список просто бесконечный. Все это создает как раз ощущение бессмысленности и болтовни ради болтовни. Да еще и агрессивно-негативной. К такому никто присоединиться не захочет.

Отдельно хочу сказать: когда есть утвержденный маршрут, но кто-то решает пойти своей дорогой, это опять же уменьшает количество желающих участвовать. Ведь в итоге люди путаются, куда и во сколько приходить, а далее просто машут на нас рукой.

…Часть из того, что я говорю, начинает происходить просто в силу исторического процесса. Из праздника 25 марта постепенно уходит конфронтация, негатив, появляется больше именно праздника, объединяющего разных белорусов. В этом году «Арт-сядзиба» пыталась организовать концерт. Не получилось. Но важен сам факт попытки смены формата.

Понимаю, можно сказать: «Если автор этих строк знает, как лучше, пусть возьмет и сделает». Мы уже пытаемся делать, несколько лет подряд стараясь начать дискуссию, что нужен другой подход в оппозиции. Два последних года показали, что на уровне лидеров оппозиции эта дискуссия провалилась и ее надо вести в более широком формате.

И начать надо именно с признания: по-старому уже не будет, а чтобы быть успешными в современной ситуации, нужны новые методы.

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».