Валютное соглашение: дьявол, как обычно, прячется в деталях



Юлия ШАРОВА



Руководство Нацбанка вновь успокаивает общественность: суверенитет не сдадим, российский рубль — только временная общая валюта Союзного государства, да и введение этих денег с 2005 года еще не стопроцентно решенное дело. Именно эти тезисы излагал председатель правления Нацбанка Петр Прокопович на пресс-конференции 23 июня. По общему настроению его выступление не многим отличалось от недавнего совещания у главы государства, посвященного проблемам перехода на единую валюту. Только экономической конкретики было несколько больше.





П.Прокопович напомнил, что создание единого экономического пространства Беларуси и России происходит в соответствии с договором о создании Союзного государства от 8 декабря 1999 года, а также программой действий Республики Беларусь и Российской Федерации по реализации положений договора и рядом других документов. Единая валюта Союзного государства должна появиться с 1 января 2008 года — так сказано в межгосударственном соглашении “О введении единой денежной единицы и формировании единого эмиссионного центра Союзного государства” и соглашении между правительствами и центральными банками двух стран “О мерах по созданию условий для введения единой денежной единицы” от 30 ноября 2000 года. На промежуточном же этапе — с 1 января 2005 года до 1 января 2008 года — роль единой валюты будет играть российский рубль. Что касается собственно единой валюты, то очень может быть, что до 2008 года к российско-белорусскому валютному союзу присоединятся Украина и Казахстан. Ведь намечена же и валютная интеграция в рамках “четверки”.





Единая валюта — конечный этап экономической интеграции, вновь подчеркнул глава Нацбанка. Ее можно вводить только после того, как все мероприятия по созданию единого экономического пространства будут выполнены. Всего таковых более шестидесяти. Что касается Нацбанка, то он все от него зависящее выполняет в положенные сроки, заверил П.Прокопович. Белорусский “зайчик” стал конвертируемой валютой, инфляция существенно снизилась и приблизилась к российским показателям (в Беларуси за 5 месяцев этого года потребительские цены выросли на 12,5 процента, в России — на 7,5 процента). Замедлились темпы девальвации. А вот другие мероприятия по созданию единого экономического пространства часто срываются. Немало проблем и с таможенным законодательством, и с налогами. Но это уже за пределами компетенции Нацбанка. К тому же после всех этих мероприятий нужно будет внести изменения в основные законы двух стран, и на это потребуется политическая воля.





Далее главный банкир страны рассказал о том, какие функции останутся у Нацбанка после прощания с “зайчиком”. Оказывается, все, кроме двух: центральный белорусский банк не сможет печатать российские рубли и не будет определять политику курсообразования. На первое в Беларуси не особо и претендовали, а второе так и вообще хорошо — пусть ответственность за денежный курс несет Центробанк России. В общем, после перехода на российский рубль у Нацбанка, по мнению его главы, остается больше прав и полномочий, чем у любого банка стран еврозоны. Правда, что касается единого эмиссионного центра, то это по-прежнему камень преткновения. До сих пор не договорились, но уже понятно, что создавать эдакий общий центробанк всего на две страны экономически невыгодно, поэтому координирующую роль и после 2008 года будет выполнять межбанковский совет.





Все сказанное П.Прокоповичем на пресс-конференции логически вытекает из заявлений Александра Лукашенко, которые тот сделал 18 июня на совещании по вопросам введения единой валюты. Главный банкир, несомненно, четко уловил генеральную линию и неукоснительно ее придерживается. От любых политических комментариев он воздержался, зато призвал журналистов тоже поучаствовать в общественной дискуссии вокруг проекта межправительственного соглашения о введении российского рубля. Что бы это значило?





Явственно просматривается желание руководства Нацбанка заранее перевести стрелки на правительство — чтобы случайно не схватить по шапке за срыв валютной интеграции. А такое очень может быть, ведь П.Прокопович не исключает, что сроки введения российского рубля могут пересмотреть, если за оставшиеся полтора года все мероприятия по созданию единого экономического пространства выполнить не удастся. Значит, путь к отступлению белорусская сторона оставляет. Неспроста многие эксперты не верят, что российский рубль все-таки станет в Беларуси единственным законным платежным средством. Вопрос лишь в том, кто спустит процесс валютного объединения на тормозах: Беларусь, которая однозначно не управится за полтора года, или же Россия, для которой после парламентских и президентских выборов интеграция с западной соседкой утратит архиактуальность?