Блеф национального масштаба



Константин СКУРАТОВИЧ



В качестве одного из козырей в продолжающейся интеграционной игре Лукашенко с Путиным белорусский лидер предъявил публике тезис о превосходстве белорусской экономической модели над российской. Его справедливость якобы доказана выходом народного хозяйства Беларуси на уровень объемных показателей десятилетней давности.





Оценивая этот ход с точки зрения именно политической игры, следует назвать его чрезвычайно сильным именно в плане воздействия на публику. Потому что ход шулерский, но широкая публика не может этого раскусить. Ведь трудно представить, чтобы кто-либо из российских телезрителей, а Лукашенко выступал в прямом эфире НТВ, взяв в руки различные статистические отчеты, принялся сравнивать, сколько молока средняя колхозная корова дала в 1991-м, а сколько — в 2001-м году. Для этого как минимум требуется желание, как максимум — соответствующая цифирь.





Так вот, в прошлом году потребление электроэнергии в экономике Беларуси, например (по этому показателю обычно косвенно судят о наличии спада или роста производства), составило менее 2/3 от объемов 1991 года. В такой ситуации промышленный рост возможен только при условии радикального технического и технологического обновления производства, что привело бы к росту производительности труда, сокращению ресурсоемкости продукции и, как следствие, к обновлению ее гаммы в плане лучшего соотношения по параметрам "цена/качество". Или, иначе говоря, к повышению конкурентоспособности на внешних и внутреннем рынке. Следствиями такого поворота событий стали бы сокращение числа убыточных предприятий, повышение рентабельности производства и рост благосостояния широких народных масс.





Однако благосостояние расти отказывается, а вот число убыточных предприятий в экономике Беларуси за последние десять лет увеличилось с 394 до 4.160 (с 5,3 до 35,5%). В 1991-м г. в промышленности насчитывалось 40 убыточных предприятий, в конце 2001-го — 776. В сельском хозяйстве количество фактических банкротов за этот период возросло с 1,2 до 54,2% общего количества предприятий. Иными словами, производство — что в промышленности, что в сельском хозяйстве — стало для Беларуси слишком дорогостоящим делом, имеющим к тому же весьма опосредованное отношение к интересам производителей и потребителей. Оно окончательно выродилось в своеобразное "производство для производства".





Однако тех людей, которым работа представляется более важной, чем вознаграждение за труд, стоимостные показатели могут не убедить. Поэтому обратимся к физическим объемам производства, начиная с флагманов нашей промышленности. Первая цифра означает объем выпуска в 1991-м, вторая — в 2001 году: металлорежущие станки — 15,5 и 5,7 тысяч штук; грузовики — 42 и 16,5 тыс. шт.; кормоуборочные комбайны — 9,5 и 0,57 тыс. шт.; тракторы — 100,7 и 22,7 тыс. шт. Вдобавок даже при таком резком сокращении объемов производства реализуется произведенное с превеликим трудом. Так, складской запас в 3,5 тыс. готовых тракторов остается практически неизменным в продолжение всего нынешнего года.





Все это, разумеется, очень плохо. Но было бы еще хуже, если бы промышленности на самом деле удалось покорить рубежи десятилетней давности. Ведь в этом случае объемы материальных ресурсов, израсходованных на производство никому не нужной продукции, только увеличились бы. Ведь вот возникла проблема с зерном нынешнего обильного урожая. Куда его деть, если поголовье скота сократилось вполовину, а на внешнем рынке это зерно не продать? Там своего в избытке, причем более дешевого и качественного.





Вывод печален: руководители, навязавшие экономике в качестве стратегической цели возврат в "светлое прошлое", только ввели в заблуждение страну и народ. В итоге неизбежный путь к цивилизованной экономике Беларусь будет вынуждена пройти позже целого ряда посткоммунистических стран.



Дословно





Из интервью президента Республики Беларусь Александра Лукашенко программе "Сегодня" (НТВ) 9 сентября 2002 года





"Сегодня экономика Беларуси не разбазарена и не распродана. Мы сохранили весь потенциал, белорусский потенциал, и преумножили его. Мы достигли уровня 90-х годов. То есть мы вышли по фактическому производству на уровень 90-х годов. Сегодня российский капитал, как и иной — американский, германский и другой, заинтересован участвовать в приватизации наших предприятий. Мы честно, откровенно, на моем уровне провели со всеми желающими встречи и сказали: вот условия, на которых мы будем вести приватизацию, главное, что криминал в белорусскую экономику не должен прорваться, и наша экономика, наши предприятия стоят вот таких денег, кто сегодня готов, пожалуйста, приходите. Значит, все рассчитывали на то, что мы бесплатно отдадим наши объекты собственности, наши современные предприятия. Бесплатно ничего не будет в Беларуси. Так вообще не бывает".