Большой театр. Кто служит зрителю?

У многих работников Большого театра рабочий день начинается в 15.00. Это контролеры, гардеробщики, администраторы...

 

Если театр начинается с вешалки, то получается, что зрителей встречают по одежке. Так ли это? И кто те незаменимые в театре люди, которые создают для нас атмосферу праздника и комфорта еще до начала спектакля?

Искать ответы на эти вопросы корреспондент Naviny.by отправилась в Национальный академический Большой театр оперы и балета Беларуси.

Здесь работают те, кто любит театр и зрителя

У многих работников Большого театра рабочий день начинается в 15.00. Это контролеры, гардеробщики, администраторы. Перед каждым спектаклем начальник службы обслуживания зрителей Сергей Осавелюк проводит небольшую планерку с подчиненными. Ровно за час до начала спектакля все уже на своих местах.

В 18.05. в холле театра появляются первые зрители — две молодые женщины и компания энергичных пенсионеров. Сперва они устроили небольшую фотосессию, затем отправились в буфет.

18.15. В гардеробе немноголюдно. Вместе с Сергеем Осавелюком подходим к Галине Рогач. Ну, конечно, не раз сдавала верхнюю одежду этой обаятельной женщине, которая теперь немного смущена вниманием прессы. Галина Аркадьевна призналась, что не задумывалась, сколько километров проходит по своей секции гардероба за смену. Она обслуживает 190 человек.

— Физически трудновато зимой, потому что шубы и дубленки не всегда облегченные, — отметила Галина Аркадьевна.

— А не было таких случаев, когда кто-то получал чужую шубу? — вспомнила я сюжет из фильма «Место встречи изменить нельзя».

— Нет, такого никогда не было. Во время спектакля мы не отлучаемся из гардероба. Во-первых, потому что несем материальную ответственность за сданные зрителями вещи, во-вторых, всякое в жизни бывает: вдруг человеку нужно срочно уйти прямо во время спектакля, — рассказала Галина Рогач. — Бывает, что зритель забывает сданные в гардероб вещи, мы сразу об этом сообщаем Сергею Павловичу, службе безопасности, все это, естественно, возвращается зрителям.

— Кстати, и в зрительном зале забывают кошельки, очки, телефоны — много разного, — дополняет Сергей Осавелюк. — Все это находят администраторы после спектакля. Иногда люди точно не знают, где потеряли ценную вещь, звонят в театр на всякий случай и приятно удивляются, когда получают свое имущество, как говорится, в целости и сохранности.

Кроме гардеробщиков наши вещи охраняет и система видеонаблюдения.

— Не обидно ли: в зале — спектакль, а вы — в гардеробе?

— Такая у нас работа. А спектакли, конечно, смотрим — в свой выходной или во время отпуска, на генеральный прогон можно прийти. Я уверена, в театре может работать только тот, кто любит театр и зрителя.

Публика потихоньку прибывает. Вот пришла небольшая группа иностранцев, вероятно, студенты из Индии.

— Больше всего зрителей приходит за 10-15 минут до начала спектакля — гардеробщикам приходится работать в быстром темпе, ведь люди не любят стоять в очереди, — объясняет Сергей Осавелюк. — Те, кто пришли после работы, хотят еще и в буфет успеть.

Поскольку буфет — это самостоятельное подразделение, мы его проигнорировали. Хотя, конечно, пирожное «Опера» там очень вкусное. Правда, и цена не каждого зрителя устроит.

Перед спектаклем принято покупать программку. Я рассказала Сергею Павловичу такую историю: когда давали «Мадам Баттерфляй», милой театральной бабушке не хватило денег на программку, кажется, она стоила 13 тысяч рублей. И пока мы пили кофе, бабушка изучала нашу программку.

— Мы работаем над этой проблемой, — сказал Сергей Осавелюк. — Зрители высказывали пожелания, чтобы программки были подешевле. Прорабатываем несколько вариантов: мы всегда стремимся к тому, чтобы учесть пожелания и замечания каждого зрителя.

Надо отметить, что в Большом хороший выбор промопродукции по вполне демократичным ценам, и она пользуется популярностью у публики.

18.20. В главном фойе генеральный директор НГАБТ Владимир Гридюшко беседует с кем-то из зрителей, раскланивается со знакомыми. По наблюдениям, гендиректор не пропускает ни одного спектакля — всегда в зале.

18.25. Публика то и дело подходит к администраторам по обслуживанию зрителей, одетых в элегантную униформу: кто-то покупает программки, кто-то просит помочь найти места. Я тоже обращаюсь за помощью к администратору, в безупречной фигуре которой угадывается бывшая балерина. К слову, ее я тоже визуально знаю, а когда опаздывала и появилась в фойе через несколько секунд после третьего звонка, она как-то просто мгновенно проводила меня к моему месту. И все это с улыбкой, а не с упреком, мол, опаздываете…

Теперь мы познакомились. И администратор зала Нинель Андронова охотно удовлетворила моё любопытство и рассказала о том, где хранятся цветы, которые публика приносит для артистов.

Oказывается, это целая процедура. Цветы нужно оставить в администраторской комнате в вазе с водой, написав на специальной визитке для кого они. Когда все участники спектакля выйдут на поклон, администраторы вручат их артистам.

Как мне кажется, это очень грамотное решение. Во-первых, за 2-3 часа цветы без воды начнут увядать, во-вторых, букет будет мешать во время спектакля самому дарителю и публике, если цветы в шумной упаковке. К тому же, заходить хотя бы даже на край сцены в уличной обуви нельзя.

18.40. В холле бельэтажа по традиции начинается маленький концерт. На этот раз фортепианный.

— Наши постоянные зрители знают об этом и специально приходят заранее, — говорит начальник службы обслуживания зрителей.

— У вас есть некая любимая категория зрителей?

— Все любимые. Могу сказать, что с огромным восхищением отношусь к пожилым женщинам, которые приходят в театр. Кто-то называет их театральными бабушками, кто-то дамами. Я на них смотрю и думаю: какие же вы красивые, ухоженные, очаровательные теперь, и представляю, какими красавицами были в молодости. Это — особая, самая преданная театру публика.

— А кто доставляет хлопоты вашим сотрудникам?

— Не то, чтобы доставляет хлопоты, но требует особого внимания любой человек, который пришел в театр в плохом настроении. Всегда говорю своим подчиненным: нам нужно быть чуточку психологами, чтобы увидеть это плохое настроение, по-доброму встретить человека, выслушать его, помочь, не допустить какого-то конфликта. Нам это удается.

То, что за 15 минут до начала спектакля начинается небольшой ажиотаж, я почувствовала, когда к Сергею Осавелюку, которого как служителя театра опознавали по фирменной эмблеме на пиджаке, почти что потоком подходили люди с самыми разными вопросами.

Мы рады зрителям и в смокингах, и в джинсах

— Среди наших администраторов много бывших артистов. Кроме своих непосредственных обязанностей каждый их них может провести экскурсию по театру, — рассказывает заместитель генерального директора по работе со зрителем Зоя Юрченко. — Как правило, экскурсии перед спектаклем заказывают иногородние зрители. Есть публика со стажем, поэтому могут спросить, как сложилась судьба балерины, танцевавшей лет 20 назад, и наши администраторы смогут ответить и на этот вопрос.

Раньше в службу по обслуживанию зрителей шли работать наши бывшие артисты, ведь балетные выходят на пенсию в 38-40 лет. У старшего поколения артистов балета за плечами было только хореографическое училище, поэтому они и оставались в театре. Нынешние артисты к моменту выхода на пенсию, как правило, получают заочно высшее образование, а значит, и новую профессию. Но и мы в последнее время приняли к нам на работу не театральных людей. Театр посещают иностранцы, следовательно, нужны администраторы со знанием английского, немецкого языков. Все они проходят стажировку у опытных коллег и становятся профессионалами в нашем деле.

— Как часто администраторам приходится делать замечания зрителям, проигнорировавшим просьбу выключить мобильные телефон?

— К счастью, не могу сказать, что для нашего театра это проблема. Конечно, бывают единичные случаи, но тогда и сам человек со звенящим телефоном чувствует себя крайне неловко. Недавно был случай, когда зритель спрашивал у администратора, может ли он выйти из зала через 20 минут после начала спектакля — он ждал важный звонок. Конечно же, можно — приходится учитывать современный ритм жизни. И нужно все так организовать, чтобы не побеспокоить других зрителей.

— Современные гаджеты позволяют людям фиксировать каждый свой шаг. Проведение фото- и видеосъемки спектаклей запрещено, но всегда найдется персонаж, который пытается сфотографировать любимого артиста…

— В фойе нет ограничений на съемку. В зале можно фотографировать перед началом спектакля — пока не поднят занавес и после спектакля, когда артисты вышли на поклон. Во время спектакля запрещена съемка, так как это является нарушением авторских прав, а кроме того вспышка и звук камеры мешают публике. Фото- и видеосъемкой у нас грешат иностранцы. Первое замечание они просто игнорируют, реагирую на второе-третье.

В театре можно вполне официально устроить фотосессию, и это довольно популярно, особенно у молодоженов. А однажды к нам пришли жених и невеста с гостями, все смотрели спектакль, в буфете заказали фуршет и только после представления поехали в ресторан.

— В апреле в Гродно артисты местного драмтеатра отказались выходить на сцену из-за неадекватного поведения в зале школьников. А что вы можете сказать о вашей детской аудитории?

— Минские школы редко устраивают культпоходы в наш театр, поэтому дети к нам приходят с родителями. Это здорово и правильно! Именно из таких деток выросла наша молодежная публика, которой становится все больше. Организованно, целыми классами, школьники приезжают из других городов, но к счастью, проблем с поведением этих детей не было. Но и мы готовимся к встрече с такими зрителями: и экскурсии проводим, и о правилах поведения в театре рассказываем.

— Зоя Ивановна, кажется, еще лет 10 назад публика готовилась к походу в театр — все наряжались, женщины брали сменную обувь. Теперь редко кто зимой переобувается в туфли…

Раньше в театр люди шли как на праздник. Да и по финансам тогда многие не могли себе позволить покупать билет в театр раз в месяц, поэтому и тщательно собирались. Теперь же публика приходит к нам за духовной пищей и считает, что не важно, в какой одежде. Конечно, есть зритель старой закалки, хранящий традиции, в том числе и касающиеся дресс-кода, сменной обуви. Примерно год я наблюдала интересную молодую пару, в которой мужчина всегда был в смокинге, женщина — в вечерних нарядах.

Люди идут в театр после работы, в лучшем случае они что-то понаряднее наденут, сменная обувь уже отпадает. Мы рады всем нашим зрителям, независимо от того, в смокингах они или в джинсах.

Справка Naviny.by
В службе обслуживания зрителей Большого театра работает 26 человек. Это начальник службы, 8 гардеробщиков и администраторы-билетеры-контролеры.