Евгений Крыжановский: одни мы, дураки, смешим народ!

25 декабря минскому театру сатиры и юмора \"Христофор\" исполняется 15 лет. К юбилею коллектив подготовил несколько специальных...

Евгений Крыжановский

25 декабря минскому театру сатиры и юмора "Христофор" исполняется 15 лет. К юбилею коллектив подготовил несколько специальных проектов. Об этом и о том, как "Христофору" удается так долго держаться на плаву, рассказывает главный режиссер театра Евгений Крыжановский.
По его словам, есть еще две альтернативные даты рождения театра, кроме 25 декабря. Споры в коллективе на этот счет идут нешуточные. Доходит до кулаков. Так вот, отмечать день рождения театра артисты и их поклонники могут также 2 сентября, когда в минском Доме литератора была показана первая сценка — пародия на Хрюшу из программы "Спокойной ночи, малыши!", или в феврале, когда театр был официально зарегистрирован. Но победило 25 декабря 1987 года, когда "Христофор" вышел на сцену Дома профсоюзов. Тогда перед первым большим выступлением артистов охватила паника, и они даже хотели отказаться играть и вернуть зрителям деньги. Но все-таки передумали…
— Теперь мы единственный в Беларуси и даже в СНГ театр сатиры и юмора. Раньше было еще несколько, но они исчезли. Содержать такой театр в экономическом плане — это безумство. Не зря ведь известные юмористы выступают поодиночке. Одни мы дураки… Ведь задача должна быть — заработать, а у нас выходит — просто смешить зрителя.

Всего у "Христофора" в репертуаре 15 эстрадных программ, но показываем мы не все. Некоторые законсервированы, ведь уходят темы, острота.
Мы делаем одну программу в год, причем запускаем ее весной, в конце сезона, а не в начале, как это принято в театрах. Расчет закрывать сезон премьерой такой: к весне происходит зрительский спад, люди едут на дачи, студенты готовятся к сессии, и потому привлечь зрителя можно только премьерой.
— Чем новеньким отметите юбилей?
— На БТ делаем программу "Веселая семейка". Записываем ее, кстати, ночью — с восьми вечера до трех ночи. Три ночи подряд юморить тяжело. Начинаешь ненавидеть режиссера, тех, кто придумал эту программу, да и все телевидение вообще. Но, в принципе, это нормальная практика. "Огоньки" всегда писались ночью, когда все артисты свободны. Многие фильмы в таком режиме снимаются. Того же Штирлица сняли на 70% ночью.

С БТ у нас также договоренность на показ каждый день в 6.40 и 8.20 в программе "Добрай раніцы, Беларусь!" наших небольших номеров. Знаю, многие люди ждут именно их, чтобы получить заряд на целый день.
Еще на юбилей мы подготовили программу "Вчера, сегодня, завтра". Это аналог нашего "Избранного", но с вещами, которых давным-давно никто не видел, то есть с нашей классикой. Плюс то, что будет в новой программе, которая по традиции появится весной и будет называться "Свора услуг".
— Евгений, где наш белорусский эстрадный юмор? Только "Христофор" — луч света в темном царстве…
— Вообще народ тянется к эстрадному юмору. Жизнь такая. Это отдушина. В Беларуси — дефицит настроения. Мы его хотим восполнить. Вроде бы получается. Нас действительно очень любят. Узнают таксисты, гаишники, люди в магазинах. Помнится, Владимир Перцов, наш первый руководитель, когда предложил создать театр юмора и сатиры, сказал, что спиртное нам скоро будут без очереди продавать. Тогда ведь, в 1980-х, за вином, за водкой очередищи просто сумасшедшие были. Сейчас же спиртное нам дают не только без очереди, но еще и бесплатно.

Но по большому счету юмор на эстраде у нас пребывает в зачаточном состоянии. Вот в Москве, там это целая отрасль шоу-бизнеса, вторая по доходности после музыкального. Это огромные деньги! Посмотрите, какие цены на билеты, когда к нам приезжают московские юмористы. На них ходит богатая публика. "Христофор" — театр демократический: на нас и пенсионеры идут, и студенты, и наша родная нищая интеллигенция. А у нас какое шоу, такой и бизнес. Но артисты при этом в Беларуси не хуже. Просто нераскрученные. Бизнесмены не помогают, хотя деньги есть. Боятся светиться, потому что сразу придут дяди и тети, потирающие пухленькие ручки: "Давайте поделимся!". Давно нужен закон, чтобы для того, кто вкладывает деньги в искусство, была снижена налоговая нагрузка.
С российскими исполнителями разговорного жанра мы очень дружим, например, Альтов нам целые номера дарил, но бизнес есть бизнес. Российские конкуренты нас выживают не то что из Минска, но уже и из Беларуси вообще. Из областных центров, из районных. Конечно, если приедет Хазанов, а у нас в этот день тоже выступление, люди пойдут на Хазанова.
Мы в ответ совершить юмористическую гастрольную экспансию в Россию не можем. Не те деньги и не та раскрутка. На это несколько сотен тысяч долларов надо. Мелькаем мы на тех же телеканалах тамошних крайне редко, естественно бесплатно. Поэтому решили пойти путем мудрого Александра Григорьевича, который когда-то после охлаждения отношений с Кремлем поехал по российским регионам. Например, наш театр бесплатно послал кассету с нашими программами в Мурманск. Так их там по телевидению уже три месяца вовсю крутят. Настоящий фурор!
В общем, пару вагонов с российскими гастролерами загнать в тупик к чертовой матери стоило бы. Или вот стану когда-нибудь президентом или депутатом, так сварганю такой закончик, чтобы 50 процентов от их выручки шло "Христофору" и на белорусскую культуру в целом.
— Не было такого за 15 лет существования "Христофора", чтобы выдохлись, исшутились? Избегать творческих кризисов так долго вряд ли возможно.
— Кризис начался лет 8-10 назад, когда из театра ушел Владимир Перцов. Остались хорошие актеры, режиссеры, но не авторы смешных текстов. У нас чудная страна, все понимают юмор — что в Минске, что в деревне, мы всюду выступаем без купюр. Но нет своих авторов, своих Жванецких, Задорновых. Где только не приходилось искать материалы для наших номеров! Перечитали весь белорусский "Вожык", российский "Крокодил", украинский "Перець". Наше ноу-хау: находили анекдоты и сбивали, что-то дописывая, номера. Так была сделана программа "От роддома до заката", которая имела бешеный успех.

Денег на тексты маститых авторов-юмористов у нас не было: одна страница Жванецкого стоит тысячу долларов, Задорнова — 500 долларов. В поисках материала доходило до отчаяния. Расскажу случай, который произошел в Риге на конкурсе "Море смеха". Сидим мы с Семеном Альтовым в гримерке. Тут какой-то артист выступает с пародией на него, и он пошел послушать. Я схватил камеру и стал снимать то, что было в его папке — в общем, тырить шутки. И тут надо мной голос Альтова: "Что же ты, гад, делаешь?" Но в конце концов он нам эту папку всю просто подарил.
Но год назад кризис наконец-то миновал, когда к нам пришел один молодой человек — Сергей Комиссаров. Это мой бывший ученик, которого я когда-то хотел выгнать из института культуры. Он захотел работать в "Христофоре" и стал появляться передо мной в самых неожиданных местах — на гастролях, у меня на балконе, в моем подъезде. В конце концов он просто-напросто достал. Назначили просмотр. Он показал какие-то пародии, о которых я сказал, что они бездарные. Тогда он вытащил свой последний козырь — какую-то тетрадку — и сказал: "Вот почитайте номерок". Я положил ее в машину, где эта тетрадка пролежала три месяца. И вот как-то, сидя в машине и ожидая кого-то, взял от нечего делать и почитал. Оказалось, что это юмор отличного качества, уровня Жванецкого и Задорнова. Программа "Постой, паровоз!", написанная Сергеем Комиссаровым, уже успешно показывается в нашем театре.
— Евгений, давайте поговорим о прошлогоднем походе на президентство, который многие назвали лучшей вашей шуткой.
— А некоторые называют еще пиаром. Но я хотел просто показать себе и другим, может ли в нашей стране любой гражданин баллотироваться в президенты. Оказывается, может, но не Евгений Крыжановский. Потому что я родился в Украине. Но, возможно, и хорошо, что я ушел таким образом, ведь все равно бы не набрал 100 тысяч подписей, необходимых, чтобы стать кандидатом в президенты. Сказали бы, что я слабак, а так я был гордо снят за "не то" происхождение. И еще я понял, что в политике нет ничего святого, нет друзей, человек человеку — волк. Политика — это действительно грязь.

Но я влюбился в политику.
Поэтому попробую через полтора года попасть в парламент. Мне предлагали идти в депутаты местного Совета, но это после президентских выборов как-то несолидно.
— Хотите превратить парламент в цирк?
— Наш парламент скучный. Белорусы назовут с десяток депутатов Госдумы, а своих никого. И не потому, что их мало показывают по телевизору. Я хочу внести туда хотя бы веселуху. А если серьезно, то хотел бы заниматься в парламенте проблемами культуры. Она и раньше всегда поддерживалась по остаточному принципу, а сейчас… Я даже стыжусь назвать зарплаты артистов, которые, чтобы прокормить семью, должны утром и днем стоять на гродненском или брестском рынках, а потом вечером идти играть в спектакле. Так жить нельзя!