О чем будет петь опера в нынешнем сезоне?



Юлия ТЕЛЬТЕВСКАЯ, "Отдыхай"


Сергей Кортес

Человек, поднявший с колен белорусскую оперу, с 1 сентября больше не работает в театре. Что произошло и почему, об этом рассказал сам Сергей Кортес.





С 1 сентября композитор Сергей Кортес больше не является художественным руководителем и директором Национального академического Большого театра оперы Беларуси. Вместо него в театр пришли два человека: на должность директора назначен Андрей Лаптенок, на должность художественного руководителя — Маргарита Изворска-Елизарьева, жена директора и художественного руководителя белорусского балета Валентина Елизарьева.





Почему Большой театр оперы Беларуси вступил в 70-й юбилейный сезон без своего художественного руководителя и директора, под руководством которого белорусская опера возродилась и начала собирать залы, мы решили узнать у самого Сергея КОРТЕСА. По телефону Сергей Альбертович сказал: "Приходите сегодня — завтра я ложусь в больницу…"





— Сергей Альбертович, когда вы узнали о своем увольнении?





— О том, что в театре происходят структурные изменения — упраздняется объединенная должность директора и художественного руководителя и вводятся две — директора и художественного руководителя, меня информировали 25 июня, за пять дней до отъезда театра на гастроли. Заместитель министра культуры Владимир Рылатко ознакомил меня с приказом.





— Как вы это восприняли?





—Я ушел очень спокойно, написал заявление об увольнении по собственному желанию в связи с сокращением моей должности. Дело в том, что я не чиновник, которому страшно потерять свой стул, потому что он больше ничего не может, как подписывать бумаги. У меня много творческих замыслов, интересные связи за рубежом. Если раньше я представлял за границей интересы белорусской оперы, то теперь я буду представлять интересы своих друзей — зарубежных импресарио в театрах бывшего Советского Союза. Есть и другие предложения, поэтому я не горюю, и даже наоборот. Я немного устал за все это время.





Если оглянуться назад на то, что было сделано, путь пройден интересный. Театр оперы вышел на высокий уровень. Причем главное не в том, сколько процентов зрителей ходят на оперу, хотя раньше заполняемость зала была 25 процентов, а сейчас 70-90. Главное, у людей появился интерес к опере. Но, естественно, я не могу сказать, что сделал это один. У нас была очень хорошая команда — мои заместители, главный администратор, новый секретарь, которая работала у меня всего лишь последние два месяца. Она сказала, что тоже уходит, потому что, проработав со мной два месяца, больше ни с кем не сможет работать. Это мне было очень приятно, конечно. Однако эти люди ушли в никуда. Это я занимаю положение и никогда не останусь без дела: меня, к примеру, приглашают в Испанию преподавать композицию, ростовский театр предложил написать для них оперу. Но я надеюсь, что смогу найти для них работу.





— Вы возглавили белорусскую оперу одиннадцать лет назад, когда театр был в упадке…





— До моего прихода театр ни разу не выезжал за границу. Очень интересный репертуар появился в последнее время. Многое рождалось, как ни странно, от общения с зарубежными партнерами, потому что они иногда предлагали такие вещи, которые мы, может быть, и не решились бы поставить. К примеру, "Турандот" — одно из сложнейших произведений в оперном репертуаре. "Набукко" — опера, которая раньше была запрещена, и которую наш театр поставил одним из первых на постсоветском пространстве. Самая последняя наша премьера — "Богема", которая была поставлена за деньги театра, заработанные на гастролях, в нее не было вложено ни копейки из бюджета. Я считаю, это был рывок, получивший положительную оценку у зрителей. К слову, нас очень долго ругали, что, мол, режиссура в театре слабая, тогда я пригласил для этой постановки главного режиссера и художественного руководителя Пермского театра Георгия Исаакяна. Любопытно, что общение с известным импресарио Дино Ариччи также помогло мне создать мою четвертую оперу "Юбилей" (смеется). Он сказал: "Напиши что-нибудь для юбилея фестиваля "Classic Open Air", на который мы неоднократно ездили.





Начиная с 1992 года артисты выезжали в Испанию, Бразилию, Израиль, Германию, Италию, Швейцарию, Польшу… Я также хочу сказать об оркестре, который стал одним из лучших коллективов в Беларуси. Когда я пришел, оркестр был очень слабый. Балет никогда не брал музыкантов с собой на гастроли. Зарплаты были очень низкие. Но прошло время, и в Театр оперы и балета стали получать самые большие зарплаты. Потом мы разделились. Это было связано с тем, что балет считал: опера не приносила прибылей и кормилась за счет балета. В общем-то, это разделение позволило мне полностью сосредоточиться на опере и быстрее идти вперед: мы стали тоже зарабатывать неплохие деньги.





За это десятилетие в театр пришли очень талантливые, интересные солисты. Виктория Курбатская, Татьяна Третьяк, многие другие. Марата Григорчика, к сожалению, уволили, потому что он месяцами не появлялся на работе.





Володя Петров приехал из Красноярска и работал в оперетте. Я услышал его и со страшным скандалом вырвал к нам в театр. Должен сказать, что солисты для меня — как дети. Их надо лелеять, с каждым надо разговаривать по-особому. Некоторые стучали кулаками по столу, некоторые брали слезами. Некоторые пытались отстаивать словами то, что не могли отстоять голосом. Те же письма, которые посылались в министерство, когда артисты считали, что их обижали.





— То есть, постоянно были какие-то подводные течения?





— Я все знал о людях, которые хотели занять это место. Им не удалось, но они помогли произойти событию, которое произошло. Я знал все очень подробно: кто постоянно приходил в министерство "капать", кто писал заказные критические статьи. Да, были сплетни, письма, но я очень спокойно на все реагировал, потому что когда видел полный зал, испытывал огромное удовлетворение. У Окуджавы, которого я очень люблю, есть слова: "…Дай рвущемуся к власти навластвоваться всласть". Единственное, что для меня непонятно во всей этой истории: я получил от министра честное слово, что доработаю по контракту до 2003 года. И вдруг такое событие. А я слово чести всегда понимал иначе. В той стране, откуда я родом, слово чести — это слово чести.





— А в Беларуси были какие-нибудь предложения о работе?





— Мне предложили пойти преподавателем в Академию музыки (я все-таки народный артист Беларуси), спасибо, что не ассистентом. Самое интересное, что завкафедрой композиции даже не знал, что мне поступило такое предложение. Мне сейчас нужно немного отдохнуть, подлечиться, а потом пойду работать. Я оптимист и останусь им до самой последней минуты.



Справка:

Сергей Кортес
Родился в 1935 г. в Сан-Антонио (Чили). В 1962 г. окончил Белорусскую государственную консерваторию. Народный артист Беларуси, лауреат Государственной премии Беларуси, член Союза композиторов Беларуси. Автор четырех опер ("Джордано Бруно", "Матушка Кураж", "Визит дамы", "Юбилей"), балета, симфонических и камерных произведений, музыки для театра и кино.

Маргарита Изворска-Елизарьева
Родилась в Болгарии. Театральный режиссер, успешно поставила на минской оперной сцене «Волшебную флейту» В.Моцарта, «Севильского цирюльника» Дж.Россини, «Леди Макбет Мценского уезда» Д.Шостаковича.