Легенда и жизнь Марии Каллас


Мария Каллас

Четверть века назад, 16 сентября, в своей парижской квартире скончалась Мария Каллас, которая при жизни стала оперной легендой. Ее имя не сходило со страниц печати. Оперные триумфы и ссоры, отмена выступлений даже когда в зале присутствовали президенты, скандальный роман с Аристотелем Онасисом и развод — все это само по себе могло послужить отличным материалом для настоящего оперного сюжета.





Карьеру Каллас можно сравнить с яркой кометой, которая быстро пронеслась по небосклону и погасла. Уже во второй половине 50-х годов у нее появились серьезные вокальные проблемы, но и в расцвете голос ее никогда не был совершенным инструментом. Итальянский дирижер Туллио Серафин, который был ментором Каллас, признавая все ее достоинства, тем не менее, сказал, что на его веку было всего три вокальных чуда: Карузо, Понсель и Руффо.





Знаменитый продюсер фирмы EMI Вальтер Легг, который более 12 лет работал с Каллас в студии, высказал мнение, что ее несчастливое детство, сильная близорукость, полнота, лишения — все это сильно сказалось на ее характере и привело к тому, что певица страдала от страшного комплекса неполноценности. Он и был той движущей силой, питавшей ее твердую волю стать лучшей, ее чудовищный эгоцентризм и ненасытный аппетит к славе.





Мария Каллас была своим самым строгим судьей, обладала гигантской работоспособностью, что часто приводило к конфликтам с коллегами во время репетиций. Здесь интересна параллель с Шаляпиным, который точно также предъявлял к себе неимоверные требования, и хотел, чтобы остальные поступали также. Отсюда трения и обвинения в заносчивости. А ведь и Шаляпин, и Каллас добивались одного: создать на сцене яркий, правдивый образ, что и позволило им занять в анналах оперного творчества совершенно особое место: они были певцы-актеры.





Легко узнаваемый голос, яркий драматический темперамент, множество грамзаписей — все это способствовало успеху Каллас. Благодаря врожденной музыкальности, драматическому таланту и пытливости она впитывала в себя все лучшее, что ей давала работа с прославленными дирижерами и режиссерами, и затем инстинктивно вкладывала все это в свои образы.





Каллас жила оперой. Вот что она сама говорила об этом: "Если к опере не будут относиться с большим вниманием, то она просто перестанет существовать. Мы, оперные певцы — не просто голоса, хотя это, безусловно, основной инструмент. Мы создаем прекрасные образы, и певец должен использовать голос точно так же, как драматический актер. Публика теперь очень разборчива, и мы не можем представлять ей просто колоратурный фейерверк. Мы должны больше думать об искусстве, отдавать ему больше времени и помнить, что мы лишь его рабы". //Би-би-си