Стегать дохлую лошадь. Лукашенко пытается уйти от имиджа консерватора, но…

Реформы он понимает лишь как совершенствование системы, которая по сути враждебна переменам…

Белорусский президент чувствует, что в обществе силен запрос на перемены, и вынужден реагировать. Он пытается уйти от имиджа замшелого консерватора. Но получается не очень. Трудно самого себя перековать в столь зрелом возрасте, да еще после 26 лет правления в советской традиции.

Фото пресс-службы президента Беларуси

«Поскольку много говорят о “пераменах”, реформах, я должен сказать, как я понимаю эти реформы и как мы шли по жизни, реформируясь: в Беларуси реформа может быть только в одном направлении — как совершенствование того, что у нас есть», — заявил Александр Лукашенко на встрече с активом Минска 7 июля.

Если коротко, то на этом тему перемен при Лукашенко можно закрывать. Индейская пословица гласит: лошадь сдохла — слезь! Бессменный же президент, судя по всему, настроен только сильнее понукать лошадь белорусской модели, построенной на административно-командном управлении в основном казенной экономикой и эксплуатации российских ресурсов.

 

Уже не корма и надои, а «цифра»

Произнося «перамены» по-белорусски, официальный лидер дает понять, что это требование идет от оппозиции. Впрочем, здесь Лукашенко бьет мимо цели. Старая национально акцентированная оппозиция в нынешней электоральной кампании не игрок. А знамя перемен подняли как раз-таки русскоязычные выходцы из истеблишмента Валерий Цепкало и Виктор Бабарико. И их не баррикадные, но убедительные тезисы нашли много сторонников.

Лукашенко, видимо, испытывает нечто вроде политической ревности к этим своим неожиданным соперникам. Прежде всего, конечно, на них банально наехали. Но при этом действующий президент пробует бороться и в пиаровской плоскости. В частности, всячески пытается показать, что и он не чужд новому.

В последнее время глава государства подчеркивает свою роль в становлении Парка высоких технологий. Вот и сегодня упомянул о его создании с нуля, не преминув мазнуть без называния фамилии бывшего директора ПВТ Цепкало: «И только я знаю, чего это стоило. И заслуга не тех, кто бегает и кричит: я там что-то создал (чуть в тюрьму не сел в свое время). Это заслуга самих айтишников».

Также с трибуны сегодня прозвучало, что «“цифру” надо быстрее внедрять у нас в экономике, социальной сфере. Мы же ИТ-страну решили построить».

Употребляя словечко «цифра» в качестве продвинутого сленга, официальный лидер как бы дезавуирует иронию политических противников: мол, отставший от времени правитель способен говорить только об аграрно-патриархальных реалиях — надоях, привесах, уборке кормов, белых козочках.

Наконец, одной из основных задач будущей пятилетки Лукашенко назвал переход на электромобили. Звучит прогрессивно, как в свое время «железный конь идет на смену крестьянской лошадке», но на одних электромобилях далеко не уедешь. На стратегическую цель пятилетки такой лозунг явно не тянет.

К тому же эта задача, судя по всему, обусловлена проблемой, куда девать электричество с Белорусской АЭС, которая вот-вот заработает. Тоже ведь пример волюнтаристского решения, которое взялись выполнять без должных расчетов.

 

В голове лишь авторитарная модернизация

Сегодняшние высказывания Лукашенко о путях развития страны показывают, что он продолжает мыслить в парадигме авторитарной модернизации. Бабарико, Цепкало — тоже за модернизацию, но на основе раскрепощения инициативы, развития частного сектора. Действующий же президент упоминает прогрессивные технологии, однако ничего не говорит о перестройке производственных отношений. А без этого технологии проваливаются.

Например, попытки казенным образом модернизировать ряд отраслей, в частности цементную, деревообрабатывающую, закончились, по большому счету, пшиком. Прорывов не произошло, зато предприятия оказались по уши в долгах. И вновь-таки — это особенно видно на примере производства цемента — не просчитали конъюнктуру наперед. По факту завалить цементом внешние рынки не удалось.

Такие обломы, пускание денег на ветер — обычное дело, когда экономикой рулят чиновники. Лукашенко же и сегодня гордится тем, что «в стране не допустили бездумной приватизации производственных гигантов», подчеркивает, что «государственный контроль над этими предприятиями сохранится и впредь».


Читайте также:


Однако и отечественные независимые экономисты, и зарубежные эксперты из МВФ, прочих институций давно твердят, что огромный белорусский госсектор неэффективен, нужно его реструктурировать, решаться на приватизацию и т.д.

Лукашенко же в этой кампании пугает электорат тем, что в результате реформ кучка толстых буржуев набьет карманы, а остальные будут стучать кастрюлями.

Этот пиар, тоже, видимо, в основном мимо кассы. В белорусском обществе уже не так много мыслящих в духе булгаковского Шарикова и пылающих классовой ненавистью к богатым. Социология показывает, что белорусы за последние годы стали гораздо положительнее относиться к частному сектору и реформам. Хотят не раскулачивать, а тоже становиться богаче.

 

Новое вино не вольешь в старые мехи

Ладно, если не структурные реформы, тогда что? Рецепты от Лукашенко, мягко говоря, неоригинальны. «Дисциплина исполнительская и технологическая. Да, в последние полгода-год мы на это обратили внимание и начали исправляться. Не будет качества — погибнем. Потому что качество — основа экспорта. А без экспорта страна жить не сможет, не будет валюты», — рассуждал сегодня президент.

У людей постарше вся эта риторика вызывает стойкое ощущение дежавю. Одна из советских пятилеток брежневского времени (1976–1980 годы) так и называлась: пятилетка эффективности и качества. Но за это время страна только глубже вползла в застой.

Беларусь в последнее десятилетие тоже оказалась в застое а-ля Брежнев. «За 10 лет фактически произошло падение ВВП, в то время как остальной мир развивался. И несмотря на то что мы дотировались серьезно со стороны Российской Федерации, в 2009 году ВВП составлял 60 млрд [долларов], в прошлом — 58. В этом, думаю, будет еще меньше», — заявил Цепкало на ютуб-канале «Радыё Свабода» 6 июля.

Средняя зарплата белорусов в пересчете на доллары сейчас тоже ниже, чем была перед выборами 2010 года.

И если две пятилетки подряд с треском провалены, то с какой стати те же подходы Лукашенко (давайте крепче стегать нашу старую верную лошадь) должны обеспечить рывок в новой пятилетке?


Читайте также


Вдобавок ко всему белорусский экспорт во многом базировался на выгодной переработке российской нефти. Но эта эпоха уходит. Российский налоговый маневр неизбежно снизит маржу белорусских НПЗ, приток в казну валюты от продажи нефтепродуктов за рубеж. Да, ПВТ — динамичный кластер, но и он не может отдуваться за весь массив совковой экономики.

Трогать же этот массив большому начальству боязно, поскольку такого рода перемены постепенно будут делать все более ненужной, анахроничной нынешнюю пирамиду управления, на самом верху которой — человек, рулящий всеми и всем.

Иначе говоря, примат сохранения власти делает систему Лукашенко в принципе враждебной переменам. Вот почему его попытки показать некий прогрессизм столь неубедительны. Новое вино не вольешь в старые мехи.