Проблемные активы: государство готовит необычный эксперимент

Правительство и Нацбанк думают, как запустить рынок проблемных долгов.

Необходимость создания в Беларуси рынка проблемных долгов назрела. Их объем уже исчисляется миллиардами рублей, что несет риски для устойчивости банков и, соответственно, для финансовой стабильности в стране в целом. Чтобы доказать пользу рынка проблемных долгов, Нацбанк и правительство планируют провести несколько пилотных сделок.

 

Проблемные долги удорожают кредиты

На январском расширенном заседании правления Нацбанка отмечалось, что риск невозврата выданных кредитов является весьма значимым для коммерческих банков. Согласно данным центрального банка, объем потенциальных рисков, «связанных с недостаточной кредитоспособностью крупнейших государственных предприятий», превышает 15% (!) ВВП.

Долги, которые уже стали проблемными для банков, то есть с возвратом которых возникли трудности, также велики и исчисляются миллиардами рублей. По состоянию на начало года необслуживаемые активы банков составили 2,7 млрд рублей. Кроме этого, следует иметь в виду, что в миллиардах рублей исчисляются суммы, зависшие на забалансовых счетах банков, на которых числится безнадежная задолженность.

Букет проблемных долгов накопился не только в банковском, но и в реальном секторе экономики. Более 8 млрд рублей на 1 декабря 2019 года составляла просроченная дебиторская задолженность предприятий реального сектора.

Все эти долги, порой безнадежные, висят на счетах банков и предприятий годами, и с ними ничего не происходит. А с учетом того, что платежеспособность ряда госпредприятий оставляет желать лучшего, возрастает риск, о чем и сигнализирует Нацбанк, увеличения объема проблемных долгов в случае ухудшения экономической конъюнктуры.

Чтобы проблемные долги не угрожали финансовой устойчивости банков и не висели мертвым грузом на счетах предприятий, экономические власти в лице правительства и Нацбанка инициируют создание рынка проблемных долгов.

«Мы договорились с правительством, что на следующей неделе постараемся эти вопросы ускорить. Нам нужно провести экспериментальные сделки, чтобы были кейсы, подтверждающие целесообразность существования такого рынка», — рассказал председатель правления Нацбанка Павел Каллаур, отвечая на вопросы БелаПАН во время пресс-брифинга 12 февраля.

По мнению регулятора, если бы объем проблемных активов в банках был ниже, то и процентные ставки по кредитам удалось бы сделать меньше.

«Уровень ставок на кредитном рынке зависит не только от ставки рефинансирования, он зависит не только и от ставок по депозитам. Существуют еще и кредитные риски, которые оказывают влияние на ставки по кредитам», — сказал Каллаур.

Снижение кредитных рисков банков экономические власти видят в том числе в создании рынка проблемных долгов.

Проект госрешения, который подготовили власти, предполагает, что электронные аукционы по продаже многочисленных проблемных активов будут проводиться на Белорусской валютно-фондовой бирже. Правда, точных сроков, когда первые сделки по продаже проблемных активов состоятся, в госорганах назвать не могут.

По сведениям БелаПАН, на государственном уровне до сих пор не утверждена методика определения справедливой стоимости проблемных активов. Ведь очевидно, что проблемные активы придется продавать с дисконтом (скидкой), а в госаппарате сохраняется страх, что госимущество будет продано задешево и станет легкой добычей недобросовестных дельцов.

Поэтому, как удалось выяснить БелаПАН, в правительстве и появилась идея реализовать вначале несколько пилотных проектов, чтобы показать пользу от таких сделок для экономики и убедить остальную часть госаппарата в необходимости создания рынка проблемных долгов.

Идею правительства Нацбанк, как видим, поддержал.

 

Рабочий актив или мертвый груз?

Важной задачей для страны считает создание рынка проблемных долгов управляющий партнер международной консалтинговой компании Civitta по СНГ Даниэль Крутцинна.

«В случае появления такого рынка появляются механизмы, как неиспользуемое имущество вовлечь в экономический оборот. Известное здание возле цирка в Минске уже годами простаивает, и это яркий пример того, что происходит с активами, когда они не работают», — подчеркнул Крутцинна в комментарии для БелаПАН.

По его мнению, в тех случаях, когда возврат долгов невозможен без продажи основных фондов предприятий, разумнее распродавать не имущество, а искать инвестора для всего предприятия.

«Государству стоит собрать заявки среди потенциальных инвесторов и выбирать лучшие предложения не только на основании ценового фактора, но и на основании других параметров (занятость, экспорт, объем планируемых инвестиций), которые ответят на вопрос, что будет с предприятием после продажи», — отметил Крутцинна.

Что касается неиспользуемой недвижимости, добавил он, то ее продать проще, особенно если она располагается в столице.

«Вопрос только в справедливой стоимости такого имущества, которая может быть определена в ходе аукциона», — считает Крутцинна.

Практика, когда имущество частных предприятий-банкротов благодаря торгам вовлекается в экономический оборот, уже существует. Например, компания «Белреализация» с 2013 года проводит электронные торги по продаже имущества предприятий-банкротов.

«С банкротством частных компаний суды разбираются достаточно быстро, и чтобы выставить такое имущество на аукцион, проблем не возникает», — рассказал БелаПАН учредитель и руководитель компании «Белреализация» Михаил Андреев.

А вот вовлечь в экономический оборот имущество проблемных госпредприятий сейчас очень сложно.

«Когда в проблемном положении оказываются госпредприятия, запускается длительная процедура санации, банкротства, суды большое внимание уделяют судьбе таких предприятий, сохранению там занятости, и поэтому продажа имущества таких предприятий занимает длительное время», — говорит Андреев.

По его словам, большое количество госимущества пытаются продать исполкомы, но зачастую до успешных сделок дело не доходит.

«На сайтах исполкомов можно встретить целые списки имущества, которое местные власти готовы отдать даже за базовую величину. Однако зачастую даже даром эти госактивы оказываются не нужны потенциальным инвесторам», — отмечает Андреев.

Причем, продолжает он, не востребованы даже большие здания, которые продаются очень дешево.

«Мы сейчас продаем производственное помещение в Брестской области, площадь — 30 тысяч квадратных метров за 30 тысяч рублей, то есть стоимость одного квадратного метра — рубль, и покупателей пока нет. Инвесторы понимают, что налог на эту недвижимость будет огромным, налог на землю будет большим, поэтому такие активы очень сложно продать», — констатирует Андреев.

По его мнению, чтобы вовлечь неиспользуемые здания в оборот, необходимо предоставлять налоговые льготы будущим собственникам такого имущества. Кроме этого, весьма желательно очистить проблемные активы от разного рода обременений (в виде, например, накопленной задолженности) перед выставлением их на продажу.

«Помимо организации электронных аукционов, на которые государство планирует выставлять проблемные активы, нужно создавать условия, чтобы такие активы инвесторы хотели купить. Без предоставления льгот по уплате налога на недвижимость и налога на землю найти предпринимателей, которые захотят купить неиспользуемое имущество, будет очень сложно», — резюмировал Андреев.