Выборы-2020. Кого Лукашенко определит себе в спарринг-партнеры?

У властей уйма возможностей сконфигурировать грядущую президентскую кампанию оптимальным для себя образом…

Президентские выборы еще не назначены, но СМИ уже наводят фокус на вероятных претендентов и претенденток (последних вырисовывается как никогда много). Кто-то, как депутат Палаты представителей уходящего созыва Елена Анисим, еще колеблется, а кто-то, как христианская демократка Ольга Ковалькова, уже активно себя пиарит.

Пресса также перебирает имена лидеров правоцентристской коалиции (Юрий Губаревич, Николай Козлов, Павел Северинец, вероятно, еще посоревнуются между собой в праймериз), гадает, кто пойдет от общественного объединения «Говори правду» — Андрей Дмитриев или Татьяна Короткевич. Называется еще несколько фамилий.

Однако понятно, что сценарий кампании и набор кандидатов в бюллетене будут зависеть прежде всего от воли главного претендента. У оппозиции в ее нынешнем состоянии мало шансов организовать свою сильную игру, хотя теоретически эти шансы есть.

 

На что сетует БДИПЧ ОБСЕ

Априори ясно, что тепличные условия конкурентам действующего лидера никто тут создавать не разгонится. Мало того что правила электоральной игры в Беларуси сами по себе суровы, так власти еще и играют за гранью фола, грязно. Причем недавние выборы в Палату представителей оказались особенно жесткими. О чем свидетельствуют не только заявления и жалобы оппозиционеров, но и оценки международных наблюдателей (не считая миссии от СНГ, для которой всё тут традиционно тип-топ).

В предварительном отчете миссии БДИПЧ ОБСЕ по итогам прошедшей парламентской кампании отмечается, что белорусская нормативно-правовая база сама по себе «не гарантирует проведение выборов в соответствии с обязательствами в рамках ОБСЕ и другими международными стандартами и предписаниями».

Вдобавок наблюдатели от европейских организаций накопали кучу нарушений — от завышения цифр досрочного голосования до невозможности во многих случаях видеть подсчет бюллетеней, признаков их вброса и фальсификации результатов. Международная миссия сделала вывод, что эти выборы «не соответствовали важным международным стандартам демократических выборов».

«Нашей первоочередной рекомендацией будет общий пересмотр правовой базы. Например, Конституцией основные свободы — свобода ассоциаций, свобода собраний, свобода выражения мнений — фактически гарантированы. Но есть и другие законодательные акты, которые эти права ограничивают», — отметила в интервью БелаПАН глава миссии БДИПЧ ОБСЕ Кориэн Йонкер.

«Все наши рекомендации будут отражены в итоговом отчете. Прискорбно, что многие из них уже делались в 2016 году, но так и не были выполнены», — посетовала госпожа Йонкер.

 

У Запада нет сильных рычагов воздействия

Между тем председатель Центризбиркома Лидия Ермошина на прошлой неделе уже заявила журналистам, что перед президентскими выборами «конечно, закон меняться не будет. Нет на это времени».

Отметим, что для этого была куча времени после парламентских выборов 2016 года. Но из 32 рекомендаций предыдущего отчета миссии БДИПЧ ОБСЕ белорусские власти выполнили ноль.

Причем Александр Лукашенко проигнорировал даже тот наверняка не революционный пакет предложений по изменению избирательного законодательства, который был-таки наработан под руководством Ермошиной еще в начале 2017 года.

Таким образом, напрашивается вывод, что у руководства Беларуси элементарно нет политической воли демократизировать правовую базу выборов. А зачем, если правящим верхам и так хорошо?

Оппозиция на своих посиделках тоже вырабатывала всякие предложения, как улучшить закон, но кто ж ее станет слушать? Анна Канопацкая, оппозиционный депутат Палаты представителей, как ни старалась, но свой проект изменений в Избирательный кодекс так и не пробила.

Запад же и панъевропейские организации вроде ОБСЕ, как видим, тоже не имеют в этом плане действенных рычагов воздействия на официальный Минск. Здешнее начальство видит, что, с одной стороны, удалось более-менее нормализовать отношения с проклятыми буржуинами (и те сами не хотят ссориться, снова вводить санкции и пр.), с другой стороны — дальше никаких чудес, прорывов и осыпания благами не будет. Так зачем вытанцовывать?

На встрече в Минске с министрами иностранных дел Швеции и Финляндии 25 ноября Лукашенко предложил Евросоюзу «не ставить никаких предварительных условий». Будучи же недавно с визитом в Австрии, бывший «последний диктатор Европы» и вовсе выглядел победителем: «Смотрите, чтобы вам со временем не пришлось учиться демократии у Беларуси».

 

Оппозиционеров будут перебирать, как карты в колоде

Впрочем, из коридоров власти доходят разговоры (или делаются вбросы), что изменения законодательства перед выборами все же возможны. Что могут, мол, резко снизить две планки — число подписей граждан, которые необходимо собрать для регистрации кандидатом в президенты (теперь требуется сто тысяч), и минимальное число членов инициативной группы по выдвижению кандидата (ныне — сто).

Между прочим, и Ермошина в начале 2018 года выступала за то, чтобы «уменьшать количество подписей [необходимых для регистрации на президентских выборах], по крайней мере, доводить хотя бы до одного процента от количества избирателей». Иначе говоря — примерно до 70 тысяч. «…Чтобы было больше зарегистрированных кандидатов и активнее протекала политическая жизнь», — блеснула тогда прогрессизмом глава ЦИК.

У оппозиционеров мало ресурсов и актива, так что им такое или еще большее послабление оказалось бы весьма кстати. Но с какой радости власти станут облегчать задачу «пятой колонне»?

А знаете, своя логика в этом есть. Снижение планок может подогреть амбиции, умножить ряды желающих попытать счастья. Какой там единый кандидат, идем россыпью!

Так было на выборах 2010 года, когда в бюллетене оказалось аж десять кандидатов. Но в итоге зарегистрированные оппозиционеры тянули электоральное одеяло в разные стороны, не смогли договориться о сценарии Площади — в общем, получился сумбур вместо симфонии.

Тогда многие были убеждены, что власть зарегистрировала и тех, кто явно не собрал сто тысяч подписей. Ехидничали, что кое-кто, мол, телефонные книги переписывал. В случае же если планку резко снизят, вроде как и на сделку с совестью слабоватым (ну, или просто не имеющим достаточно актива) претендентам идти не надо.

В итоге же оппозиционеры могут снова оказаться в ловушке. Из россыпи желающих властям проще сформировать удобный для себя набор персонажей в качестве спарринг-партнеров действующего президента.

 

Сценарий кампании будет зависеть от экономики и России

Впрочем, и без экспериментов с законодательством у руководства страны есть достаточно возможностей сконфигурировать грядущую кампанию оптимальным для себя образом. Как именно — пока прогнозировать трудно, поскольку есть ряд важных динамических факторов.

В общем и целом, на мой взгляд, развитие ситуации — как внутренней (тормозящая экономика, недовольство населения), так и внешней (терки с Москвой на почве «углубленной интеграции», уменьшение российской поддержки) — не вдохновляет Лукашенко сильно откручивать гайки во время президентской кампании. Хотя и излишней брутальности он наверняка не хочет: все же международная реакция не совсем до лампочки.

Так что десяти кандидатов на выборах-2020 наверняка не будет (разгон Площади в 2010 году и ссора с Западом, судя по всему, нанесли официальному лидеру сильную психологическую травму). Но и ограничиться парой дубово-лояльных спарринг-партнеров — уж слишком убогий, примитивный вариант. Завопят же враги, что испугался.

У властей немало явных и скрытых рычагов воздействия на оппозицию, чтобы она вела себя в рамках задуманного в правящих верхах сценария. В конце концов, есть такой проверенный инструмент, как регистрация/нерегистрация.

Поэтому на выходе вполне вероятен избирательный бюллетень из четырех-пяти кандидатур: чтобы два не самых радикальных оппонента режима в очередной раз рассорили оппозицию и разорвали протестный электорат.

Впрочем, если в отношениях с Кремлем будет совсем плохо, а экономика начнет сильно проседать, то вероятен и более лапидарный вариант. В частности, с одним вроде как оппозиционным кандидатом. Но его не станут поддерживать основные силы противников режима, так что это не будет тот желанный «единый».

Оппозиция на сегодня не выглядит готовым к неравной схватке бойцом. Она и сама по себе слаба, и к тому же склонна действовать по принципу «кто в лес, а кто по дрова».

Хотя единственный для нее шанс отыграть кампанию 2020 года достойно — это именно выдвинуть настоящего единого кандидата, создать четкую, выразительную личностную и программную альтернативу. Но это отдельная тема, причем в нашей конкретной ситуации, боюсь, чисто теоретическая.