Режут без ножа. На выборах в парламент белорусские власти включили цензуру

Наверху очевидно опасаются, что даже дозированная оппозиционная агитация западет в мозги обывателя…

1 ноября зрители телеканала «Беларусь 3» не увидели предвыборного выступления Николая Козлова, лидера Объединенной гражданской партии. Это очередной случай в череде блокировок острых агитационных выступлений кандидатов в депутаты Палаты представителей. В этом плане нынешняя избирательная кампания выглядит особенно жесткой.

Иллюстрация pixabay.com

Ранее, по данным кампании «Правозащитники за свободные выборы», граждане не смогли увидеть/услышать выступления или прочесть программы Владимира Непомнящих, Дианы Чернушиной, Ирины Давидович и Николая Масловского из той же ОГП, Михаила Бондаренко из Партии БНФ, Оксаны Юшкевич и Дмитрия Савича из гражданской кампании «Европейская Беларусь».

А одного из противников строительства аккумуляторного завода под Брестом Владимира Мороза вообще лишили регистрации. Формально — за якобы распространение листовок без выходных данных. Но, по свидетельству правозащитников, на заседании окружного избиркома звучали и претензии к программе кандидата, уже опубликованной в государственной газете: мол, порочит честь государственных органов и судебной системы. Мороз говорил, что «мы столкнулись с коррупцией, молчанием чиновников, с вольной трактовкой законов, милицейским беспределом и полным отсутствием справедливого суда».

Отобрали кандидатский статус и у активистки «Европейской Беларуси» Полины Шарендо-Панасюк. Выступая на телеканале «Беларусь 3», она заявила, что страна приобрела печальный статус последней диктатуры Европы, и потребовала отставки бессменного президента.

 

Эксперт: в госСМИ расширительно толкуют закон

В принципе, такие действия против оппонентов политического режима не назовешь неким ноу-хау нынешней кампании выборов в Палату представителей. Но сейчас стали зарубать чаще и жестче.

«Это может быть связано с тем, что среди кандидатов стало больше людей, выступающих с лозунгами, которые руководители телекомпаний воспринимают как недопустимые», — заявил в комментарии для Naviny.by политический обозреватель и медиаэксперт Павлюк Быковский.

По его наблюдениям, блокировались прежде всего выступления с тезисами, что выборов в стране нет, в этом виновата власть и ее надо менять. Аналитик считает, что большинство таких выступлений «не являются реально радикальными». Скорее всего, в случаях, когда они не допускаются в эфир или газету, мы имеем дело с эксцессом исполнителя, поскольку «проще закрутить гайки», чем рисковать, предполагает Быковский.

Председатель Белорусской ассоциации журналистов юрист Андрей Бастунец считает, что в подобных случаях руководители государственных СМИ «расширительно толкуют белорусское законодательство». Здесь, вероятно, сказываются «и перестраховка, и политическая составляющая».

По идее, госСМИ «должны только предоставлять место и время» для кандидатских выступлений, а снимать их — лишь в чрезвычайных случаях, заявил Бастунец в комментарии для Naviny.by. При этом, по мнению собеседника, следует строго руководствоваться Избирательным кодексом, где исчерпывающе перечислены моменты, которых не должны содержать программа и агитация кандидата.

На днях Бастунец высказывал подобную позицию на заседании наблюдательного совета при Центризбиркоме, на котором рассматривались жалобы кандидатов, чьи обращения не пустили в эфир. Но все остальные члены совета, в котором преобладают люди государственные, проголосовали против удовлетворения жалоб.

К слову, о гласности и прозрачности: на заседания совета, занимающегося вопросами СМИ, журналистов не допускают.

 

Побоку эффект Стрейзанд, лишь бы мне холку не намылили

Положа руку на сердце, выступления кандидатов по ТВ и радио мало кто смотрит и слушает. Постфактум же найти их трудно: телерадиокомпании не выкладывают этот контент на свои сайты и запрещают распространять его в соцсетях: мол, мы правообладатели. Это тоже выглядит политикой минимизации аудитории.

Но именно не допущенные в эфир или печать выступления, равно как и их авторы, в итоге притягивают дополнительный интерес политизированной публики. Опальные кандидаты находят иные способы обнародовать свои программы, в том числе и в видеоформате. Так что в этом плане власти, скорее, добиваются эффекта Стрейзанд.

При этом вряд ли опасные с точки зрения верхов выступления цензурирует лично официальный лидер, улетевший в эти дни в Эмираты, чтобы «заодно там ноги обмакнуть в этот залив». Вождь может спокойно погружаться в нирвану, зная, что система не подведет.

Похоже, что фильтры работают на уровне исполнителей, порой совсем мелких сошек (которые, вероятно, консультируются с сошками покрупнее). Для них главное — перестраховаться. Ведь если зарубить крамольное выступление или даже вообще снять кандидата по смехотворным поводам, то никто не накажет. А вот если в эфире прозвучит нечто страшное типа словечка «импичмент», то могут и намылить холку за недосмотр.

Кандидат-оппозиционер Непомнящих в комментарии для «Радыё Свабода» предположил, что его выступление не дали в эфир именно из-за слов об импичменте Лукашенко: «От этих слов на телевидении, видимо, просто наложили в штаны». Кандидат от ОГП Давидович также считает, что ее выступление не стали показывать из-за слова «импичмент».

 

За перегибы ничего не будет

Новоявленные цензоры агитационной кампании, видимо, плохо знают Конституцию, согласно которой парламент может отстранить президента от власти. Смешны и фобии по поводу призывов, чтобы Лукашенко ушел в отставку. Во-первых, так он и послушал, во-вторых, действующий президент и сам любит под настроение порассуждать (другой вопрос, насколько искренне), чем займется после отхода от государственных дел (например, не прочь стать ректором или преподавать).

Вообще же вертикаль явно не может смириться с мыслью, что выборы — это и есть цивилизованный, легальный, без крови и штурма дворцов, механизм смены власти. Эту простую мысль, в частности, и продвигал в своем зарубленном выступлении лидер ОГП Козлов.

Но, как видим, чиновников колбасит от того, что в странах работающей демократии является нормой, обыденностью. При этом цензоры прекрасно знают, что за произвол и перегибы при нынешней системе не пострадают, сколько бы ни жаловались обиженные.

Более того, Лукашенко еще в прошлом году дал вертикали четкую установку: «Мы должны подойти к выборам так, чтобы в умах людей даже не было альтернативы». Вот исполнители и рады стараться — вырубают все, что напоминает об этой самой альтернативе, что способно взбудоражить дремотного обывателя.

 

Почему наверху мандражируют

В принципе, поскольку официальные результаты выборов выводятся абсолютно непрозрачно, работа избиркомов напоминает колдовство алхимиков, то можно было бы ублажить Запад видимостью плюрализма во время кампании, а в итоге с помощью отработанной техники оставить слишком острых на язык за бортом Палаты представителей.

Но власти очевидно мандражируют из-за того, что экономика фактически в стагнации и может свалиться в рецессию, особенно если Москва продолжит линию на урезание помощи. А закрытые соцопросы, похоже, показывают большому начальству, что народ устал от этого ремейка брежневского застоя, не доверяет нынешней власти.

Поэтому решено обойтись без изысков (Запад перетопчется). Снова широко практикуется банальное вырубалово. Фактически возрождаются мрачные практики цензуры и борьбы с инакомыслием времен СССР, когда универсальным способом затыкания ртов была фраза: «Тебе что, советская власть не нравится?»

Власть теперь формально иная, но те, кто в ней хорошо устроился, так же считают, что другим претендовать на нее — страшное преступление.