Впишется ли Америка за Беларусь, если Кремль начнет плющить?

Вашингтон не надеется перевоспитать Лукашенко, но вступил в геополитическую игру в регионе.

США возвращают в Беларусь своего посла. Этой вестью вашингтонский эмиссар Дэвид Хейл наверняка ублажил сегодня слух Александра Лукашенко. Заместитель госсекретаря США по политическим вопросам прибыл в Минск через считаные недели после того, как здесь побывал тогдашний советник американского президента Джон Болтон.

Встреча Александра Лукашенко и Дэвида Хейла. Фото пресс-службы президента Беларуси

По горячим следам того визита белорусские начальники наперебой оправдывались (прежде всего, надо думать, перед Кремлем) — типа: ну подумаешь, что тут такого — залетел по дороге после Киева и Кишинева.

Теперь налицо тренд. Прилет очередного важного посланца из-за океана — это, как сказал сегодня сам Лукашенко, «свидетельство того, что США наконец-то обратили внимание не только на Европу в целом, но и на Беларусь».

 

Беларусь: бастион не бастион, но лучше, когда независимая

Сердце белорусского властителя, которого Штаты некогда почитали за «последнего диктатора Европы», было согрето сегодня и другими заявлениями высокого гостя.

Тот сообщил на брифинге, что Вашингтон готов обсуждать дальнейшее ослабление санкций. А также подчеркнул, что, «нормализуя наши отношения, мы не просим выбирать между Западом и Востоком». То есть буквально включил пластинку белорусского МИДа, который неустанно умоляет, чтобы наш островок стабильности, промышляющий донорством региональной безопасности, не испытывали на геополитический разрыв.

На самом деле все не так просто. Дипломатия дипломатией, но Штаты заинтересовались Беларусью не из-за МАЗов, картошки или зубров (у них там свои бизоны).

Причину интереса достаточно откровенно сформулировал в прошлом году помощник госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии Уэсс Митчелл: «Сегодня национальный суверенитет и территориальная целостность приграничных государств, таких как Украина, Грузия и даже Беларусь, являются тем надежным бастионом, который защищает от российского неоимпериализма».

Ну, с бастионом он перегнул. И это «даже» тоже красноречиво: Вашингтон держит в уме и то, что режим не стал белым да пушистым, и то, что Минск — военно-политический союзник Москвы.

Но лучше даже такая независимая Беларусь — как некий буфер, чем российские войска на Западном Буге. Короче, Америка ввязалась в геополитическую игру в регионе, хоть и не надеется перевоспитать Лукашенко.

 

Не возмутится ли Кремль?

Телеграм-каналы имперского толка от таких визитов брызжут желчью: мол, «Батька» предает Россию и все такое. А как этот процесс воспринимают в Кремле?

Эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич считает, что в российских верхах к подобным визитам «уже привыкли». К тому же, по мнению аналитика, у Минска есть что возразить в случае претензий: Путин же с Трампом встречается, хоть в принципе Москва с Вашингтоном на ножах.

Несколько иначе оценивает ситуацию минский аналитик-международник Андрей Федоров: «Говорить публично Москва ничего не станет. А вот тет-а-тет, вполне вероятно, будут увещевать: как так, мы тут интеграцию углубляем, а вы в другую сторону смотрите».

И если Минску не удастся убедительно оправдаться, то российская сторона может «ужесточить условия интеграционного соглашения», заявил Федоров в комментарии для Naviny.by.

Иные эксперты (а уж белорусские оппозиционеры и подавно) и вовсе твердят, что нынешним «принуждением к интеграции» Москва готовит почву под мягкий аншлюс. И в случае чего Вашингтон, мол, не станет влезать в драку за Беларусь.

Однако Карбалевич считает, что у Америки все же есть возможности «вписаться за Беларусь, если Россия начнет плющить».

США могут вступиться как минимум на уровне заявлений, внести вопрос в Совет безопасности ООН, наконец, ввести новые санкции, отметил эксперт в комментарии для Naviny.by.

 

Экономические санкции с Минска могут снять, если…

Ладно, отбросим алармизм и порассуждаем спокойно, чего ожидать дальше в белорусско-американских отношениях, после того как лед тронулся.

Из вредности заметим только, что ледниковый период был во многом спровоцирован Минском, который, обидевшись на санкции, в 2008 году фактически выгнал из страны американского посла и большую часть дипломатов. Россия вон тоже под санкциями, но до таких радикальных односторонних действий не доходит.

Но в отношениях с Беларусью американцы, как видим, решили перевернуть мрачную страницу, что тоже говорит об их желании поощрить Лукашенко за некую относительно самостоятельную внешнюю политику после Крыма.

К слову, белорусский руководитель настойчиво пытается удержаться в нише миротворчества и даже расширить ее. Он сказал Хейлу, что без США урегулировать конфликт в Украине не получится.

Почему Лукашенко так настойчиво зазывает Штаты ввязаться в это неблагодарное дело?

«Во-первых, это возможность засветиться по важному международному вопросу, о котором наверняка будут говорить влиятельные зарубежные СМИ. Во-вторых, а вдруг, если с участием США оживится процесс урегулирования в Украине, удастся заполучить приезд Дональда Трампа в Минск? Наконец, такими заявлениями Лукашенко пытается повысить свой вес в глазах Вашингтона», — считает Карбалевич.

Можно также спрогнозировать, что США, уже заморозившие экономические санкции, рано или поздно снимут их вовсе. При условии, что Минск не сорвется в репрессии и пропустит в Палату представителей пару-тройку условных оппозиционеров (Хейл намекнул Лукашенко, что нужно показать некий прогресс по итогам электоральных кампаний).

С персональными санкциями, считает Федоров, будет потруднее. Но они для белорусского руководства, пожалуй, не ахти какой раздражитель.

 

Умом эту интеграцию не понять

В то же время, отмечает Федоров, «хотя возвращение послов — шаг внешне солидный, радикально он ничего не изменит».

В частности, экономическое взаимодействие слабовато не из-за того, что нет послов, а по той причине, что «белорусская экономическая модель не соответствует рыночным стандартам, велико вмешательство государства в экономику», отметил собеседник Naviny.by.

Добавлю: «углубление интеграции», от которого Минск формально не отказывается (Лукашенко сам предложил Владимиру Путину подписать новую программу в декабре, к 20-летию Союзного государства), наверняка порождает в Вашингтоне когнитивный диссонанс.

С одной стороны, белорусское руководство рвет на груди рубаху, клянясь, что для него суверенитет — святое. С другой стороны — как бы само лезет в имперскую петлю. И как тут вписываться за эту всю из себя такую загадочную Беларусь?

Нет, дяде Сэму явно не постичь такой феномен, как отношения заклятых союзников, один из которых норовит объегорить, а второй — дожать.