«Мы — непокоренные и борющиеся». Как в Крыму давят на несогласных

Naviny.by съездили в Крым, чтобы посмотреть на тамошнюю жизнь после присоединения к России.

Спокойная жизнь для многих жителей Крыма превратилась в кошмар после присоединения полуострова к России. Активисты, не согласные с аннексией, попали под репрессии. Особенно пострадали крымские татары и украинцы.

Naviny.by побывали в Крыму и посмотрели, какими методами Россия укореняется на полуострове.

 

Жизнь под санкциями

Внешне жизнь в Крыму выглядит спокойной, но есть и свои особенности. На входе в железнодорожный вокзал в Симферополе установлены системы досмотра пассажиров. Охранник в симферопольской гостинице «Украина» переписывает номера всех машин, которые заезжают и выезжают с территории.

Досмотр на железнодорожном вокзале Симферополя

Свой отпечаток накладывают санкции. В Крыму не работают банковские карточки, выданные за рубежом. Принимают только российские. Правда, ни одного российского банка здесь нет. Не работает в Крыму и роуминг. Нет на полуострове популярных брендовых сетей. Местным жителям предлагают, так сказать, аналоги — например, закусочные CFC (Crimean Fried Chicken) очень похожи на KFC (Kentucky Fried Chicken).

Крымчане не боятся говорить про политику. Некоторые довольны новой властью. Другие считают, что при Украине было лучше. Особенно возмущается мелкий бизнес. После присоединения полуострова к России сильно выросли налоги, поэтому заниматься торговлей стало невыгодно.

Но и те, и другие жалуются на высокие цены и коммуналку. Молодая продавщица в магазине рассказала, что зарабатывает 20 тысяч российских рублей (около 320 долларов) в месяц, а услуги ЖКХ обходятся ее семье в 8 тысяч рублей (около 130 долларов). Оставшихся денег на жизнь не хватает. Девушка планирует переехать на материк — в Россию.

Некоторые едут в Украину, чтобы сделать там биометрический паспорт и по безвизовому режиму попасть на работу в Европу.

Россияне, наоборот, активно переезжают в Крым. Их привлекает жизнь у моря. Крымчане рассказывают, что за последние годы население Симферополя практически удвоилось. Сейчас здесь, по неофициальным данным, живет около 600 тысяч человек. Именно лояльных россиян назначают на руководящие должности. Местным не доверяют.

Чтобы улучшить инфраструктуру, а заодно и свой имидж, российские власти активно отстраивают Крым. Под Симферополем появился новый аэропорт, запустили две ТЭС и, конечно, построили Крымский мост, соединивший полуостров с Россией и заменивший медленную паромную переправу. Пока по мосту ходят только автомобили. С декабря пойдут и поезда.

Строительство федеральной автотрассы «Таврида»

Идет строительство федеральной автотрассы «Таврида» (Керчь — Симферополь — Севастополь), детских садов и других социальных объектов.

О своих достижениях провластная партия «Единая Россия» не забывает напоминать крымчанам. По Симферополю всюду висят пропагандистские билборды. То тут, то там встречаются большие муралы с Владимиром Путиным и надписи в духе «Крым. Россия. Навсегда».

Жителей и гостей Симферополя извещают, что восстановлением храма Александра Невского ведется под патронатом Путина

 

За ширмой мирной жизни

Немало в Крыму и не согласных с российской аннексией. И с этой категорией граждан новая власть ведет тихую войну. Правда, узнать об этой стороне жизни полуострова можно разве что в интернете. Местная пресса подконтрольна властям. Независимая полностью раздавлена.

Памятник «вежливым людям»

Показательным является уголовное дело против одного из старейших крымских журналистов Николая Семены. Его осудили на два с половиной года условно и запретили на три года заниматься публичной деятельностью за призывы к нарушению территориальной целостности России (статья 280.1 УК РФ).

Поводом стала статья о необходимости ввести блокаду Крыма. Позже запрет на профессию сократили до двух лет. Сейчас 69-летний журналист должен дважды в месяц посещать уголовную инспекцию. Ежеквартально к нему домой приходят с проверками и опрашивают соседей.

Местные правозащитники говорят, что репрессии против инакомыслящих начались сразу после скандального референдума в марте 2014-го, давшего России основания считать Крым своим. Рассказывают, что первое время российские спецслужбы и парамилитарные формирования даже использовали пытки и похищения.

Абдурешит Джеппаров. Фото ru.krymr.com

Крымскотатарский общественный деятель Абдурешит Джеппаров рассказал Naviny.by, что потерял сына и племянника. По словам свидетелей, двое мужчин в черной форме и масках, предположительно члены «крымской самообороны», насильно посадили Исляма Джеппарова и Джавдета Ислямова в синий микроавтобус и увезли в направлении Феодосии.

Российские спецслужбы подозревали, что Ислямов воевал в Сирии, отметил Абдурешит Джеппаров.

«Если я поехал в Сирию, то считается, что я уже примкнул к террористам. Точно также если я поехал в Украину, то меня уже можно обвинять, что я примкнул к АТО. Сирия — большая страна. Мало ли зачем он поехал в Сирию», — говорит собеседник Naviny.by.

Он предполагает, что похищение может быть связано с его активной общественной деятельностью. В свое время Абдурешит Джеппаров организовал Контактную группу по правам человека в Крыму.

Он не теряет надежду еще увидеть своего сына и племянника.

«Режим всегда чем-то заканчивается. Когда в 1953 году умер его [Владимира Путина] предшественник [Иосиф Сталин], то многие люди освободились. Даже те, кого уже не ждали. Я, конечно, надеюсь увидеть сына», — подчеркивает общественный деятель.

 

На особом счету

Активные крымские татары находятся под особым контролем российских властей. Всего на полуострове, по разным оценкам, живет около 300-400 тысяч крымских татар. Это примерно шестая часть населения.

«Мы считаем, что лидеры нашей общины приняли правильное решение — не принимать то, что произошло [аннексию Крыма], поэтому все беды отсюда. Мы — непокоренные и борющиеся. Наверное, нет крымского татарина, который будет абсолютно уверен в том, что к нему не постучат ночью или под утро. Возможно, эта уверенность есть у тех, кто служит или прислуживает им, а у остальных гарантий нет», — отмечает Абдурешит Джеппаров.

В последнее время против крымских татар заводят уголовные дела за участие в мусульманской организации «Хизб ут-Тахрир». Она запрещена в России как экстремистская. Под каток попадают и активисты «Крымской солидарности». Эта общественная организация объединила юристов и родственников политзаключенных.

Адвокат Эмиль Курбединов знает о преследовании как минимум 60 человек по антитеррористической статье (ст. 205.5 УК РФ).

«За эти пять лет мы убедились в том, что в России борьба со злом превратилась в само зло. Статьи по терроризму и экстремизму превратились в инструменты, с помощью которых преследуют инакомыслящих и оппозицию. Да, среди арестованных по делу крымских мусульман есть и члены Хизб ут-Тахрир, но есть и те, кто не имеет к этой организации отношения. Более двадцати человек — это активисты Крымской солидарности. Это очень удобная статья. За нее дают огромные сроки. Девять, десять, семнадцать лет лишения свободы. У нас преследование по этому делу коснулось практически каждой семьи», — рассказывает Эмиль Курбединов.

Он сам дважды попадал на сутки за «экстремистские» публикации в социальных сетях. Правозащитники считают, что преследование Курбединова связано с его адвокатской деятельностью. Эмиль защищает крымчан по многим политически мотивированным делам. После арестов его хотели лишить статуса адвоката, но благодаря коллегам и международной поддержке этого не произошло.

Репрессии сплотили крымских татар. «У нас такой менталитет. Мы это впитали с детства и знаем, что такое тоталитарная империя, которая пытается раздавить целые народы. Для России мы — и народ-диссидент, и еще мусульмане. Это просто такая кость в горле. Но мы свою борьбу не оставим. Я верю в то, что мы на верной дороге, которая приведет нас к тому, что мы сами будем выбирать, что нам делать и в исламе, и в политике, и в общественной жизни. И мы идем к тому, чтобы мы сами решали, как нам жить на своей земле», — уверен Эмиль Курбединов.

 

На грани исчезновения

У украинского сообщества в Крыму дела также обстоят плохо. Школы и классы с преподаванием на родном языке закрыты, хотя формально украинский язык остается одним из официальных в Крыму. А вот за украинскую атрибутику можно попасть под уголовное преследование.

Фермер из села Серебрянка Владимир Балух сидит в российской колонии за то, что поднял украинский флаг над своим домом. Сначала его осудили на 10 суток за неповиновение полиции, потом приговорили к 320 часам обязательных работ за оскорбление представителя власти.

Несмотря на преследование, украинец не отказался от своих убеждений. Тогда, как сообщают правозащитники, ему подбросили патроны и лишили свободы на 3 года и 7 месяцев, а также дали большой штраф. После апелляции срок сократили до 3,5 лет.

«Все украинское фактически уничтожено. Создана атмосфера всеобщей подозрительности. За каждым кустом им мерещатся украинские диверсанты и шпионы. Побороть всякое инакомыслие — это первая задача для них. Вторая задача — не допустить созревания несогласия и протестов. А если они появятся, то задушить их в зародыше. Третье — спецслужбам нужно показать свою работу», — рассказывает украинский общественный деятель, который попросил не называть его имя.

Последним украинским оплотом в Крыму остается храм святых равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги Украинской православной церкви Киевского патриархата в Симферополе. Там со дня появления собора служит коренной крымчанин, архиепископ Симферопольский и Крымский Климент. Община насчитывает всего 150 прихожан. Но на большие праздники в храм приходит до 5 тысяч человек.

Здесь проходят службы на украинском и церковнославянском языках. На Пасху здесь молятся украинцы в вышиванках и русские в футболках с триколорами. Конфликта между ними нет.

А вот с властями у храма конфликт. Он начался еще при Украине, а при России лишь усилился. Дело в том, что на здание храма и тогда, и теперь претендуют различные госорганы. В бывшем здании Симферопольского высшего военно-политического строительного училища планировали разместить то фондовую биржу, то торговый центр. А теперь Министерство земельных и имущественных отношений забирает храм у прихожан «под видом того, что им не хватает места для сотрудников», рассказывает архиепископ Климент.

Суд уже обязал верующих покинуть здание. Священнослужитель считает, что это делается для уничтожения украинства в Крыму.

«Если этот храм будет разрушен, то слезы, стоны, недочитанные молитвы будут на них и их семьях. Род будет проклят до седьмого колена. Если не больше. Я по-любому останусь в Крыму и по-любому буду служить, потому что я — крымчанин. Это моя земля. Я здесь родился. Мой род выселяли в 1933 году, когда раскулачивали, в 1944 году, когда была депортация. Третей депортации не будет. Их не будет, а я буду», — говорит священнослужитель.

Верующих также вынудили зарегистрироваться по российскому законодательству. Они уже подавали документы, но там нашли ошибки. Архиепископ Климент повторно обратился в государственные органы и ждет ответ.

«Я еще буду писать Путину. В 2014 году он сказал, что всё, что было при Украине, останется. Или пусть Путин держит слово, или Путин — брехло. Я готов с регистрацией идти до конца. Это уже дело принципа», — заявляет архиепископ Климент.

 

Забытые Украиной

По поводу дальнейшего статуса Крыма среди местных существуют разные мнения. Некоторые украинские активисты надеются, что в будущем наступит момент, когда ужесточение санкций для России станет невыносимым и неприемлемым, поэтому она будет вынуждена вернуть Крым.

Крымскотатарские деятели в целом видят себя в составе Украины, но обижены на киевские власти.

«Со стороны Украины как государства нет взаимности. Нет ни одного закона, постановления по поводу Крыма. Они могут нас просто потерять как своих союзников и граждан. Если Украина ничего не будет делать, то мы найдем в себе силы сказать, что мы так больше не будем жить. Нам еще предстоит сказать свое слово», — говорит Абдурешит Джеппаров.

Архиепископ Климент более пессимистичен по поводу перспектив возвращения Крыма в состав Украины.

«Может быть, Крым когда-нибудь и вернется в Украину, но я в это не верю. Украина не делает никаких шагов, чтобы вернуть Крым, а Россия делает все необходимое, чтобы ей укрепиться в Крыму. И укрепляется она не за счет повышения социального уровня, а за счет военной силы и мощи. Крым — это военная база, которая накрывает территорию Европы, Азии, Кавказа. Как база Крым будет существовать, а все остальное…» — отмечает с грустью священнослужитель.

 

 

Фото Бориса Горецкого