«Не говорили с людьми, а с собакой заговаривали». Как Бьёрн и Джеки лечат детей

Благодаря поддержке ЕС в Бресте начали проводить канистерапию.

Бьёрн и Джеки частые гости в Брестском областном центре медицинской реабилитации для детей с психоневрологическими заболеваниями «Тонус». Они приходят сюда, чтобы лечить детей.

 

«Дело это серьезное»

Проект по канистерапии — методу лечения и реабилитации с использованием специально обученных собак — инициировало общественное объединение «Брестский союз предпринимателей “Содействие”». Реализация проекта показывает, как могут взаимодействовать не только третий сектор и общественные организации, но и партнеры из разных стран, отметил его руководитель Владимир Мазалов.

Он рассказал, что украинская общественная организация «Ласка» из Луцка искала в Беларуси партнера и нашла в лице «Содействия». А Мазалов нашел в Бресте центр реабилитации «Тонус» и Гомельскую областную детскую больницу медицинской реабилитации «Живица», где проект и осуществился.

 

 

«Согласно условиям проекта, — говорит Мазалов, — необходимо было обучить сотрудников центров основам терапии и создать условия для терапии. Это было сделано. Однако это инновационный проект, и сложность в том, что в Беларуси нет нормативной базы для терапии, не разработаны стандарты в отношении собак. А дело это серьезное, ведь помимо подготовки специалиста должна быть и подготовка собаки. Хотелось бы, чтобы идея проекта была устойчивой, а канистерапия получила распространение в стране. Например, канистерапия может развиваться в рамках государственного социального заказа».

Владимир Мазалов отметил, что у «Содействия» есть возможности для обучения специалистов, но нет возможности для тестирования, отбора и обучения собак и выдачи им сертификатов.

В настоящее время формально проект закончился, а на деле продолжается в центре реабилитации «Тонус», куда и отправились Naviny.by, чтобы увидеть, как собаки лечат детей.

 

Особенные собаки с бесконечным терпением

Стасик и Ваня подготовились к канистерапии хорошо. Оба нарисовали собачку Джеки, с которой уже занимались за несколько дней до нашего приезда. Стас нарисовал «просто собаку», а на картине Ивана — «собака-пёс». Оба мальчика проследили, чтобы после занятия Джеки забрала рисунки с собой.

Стас и Иван с учителем-дефектологом Оксаной Чопчиц рассматривают рисунок

Ваня и Джеки

«Нам говорили, — сказал Стасик, — что она будет книжку читать». Потом добавил: «На своем языке». Джеки оправдала надежды — книжку почитала, команды выполнила, поиграла с детьми и даже угостилась у них лакомством. Мальчики ликовали. Собака тоже выглядела счастливой.

Однако Стас то и дело возвращался к теме своего блокнота. Как оказалось, мальчик взял его, чтобы записывать команды на немецком: «К нам же должна была прийти немецкая овчарка».

И пришел Бьёрн. Команды он знает и на русском, и на немецком. И Стасик, и Иван были не разочарованы — лапу подавал, расчесывать и гладить себя позволял, сюрпризы в карманах своего рюкзака детям давал найти. При этом ни одного лишнего движения, никакого лая, полное спокойствие и дружелюбие.

Стас  и Бьёрн

Стасик и Иван даже поинтересовались, почему маленькая собачка такая шустрая, а большая такая спокойная.

Как выяснилось, Бьёрн спокойный как по характеру (других собак к детям и не допустили бы), так и потому, что ему уже девять лет, а Джеки — всего пять. Стасик поразмыслил и охарактеризовал собак так: «Бьёрн пенсионер, а Джеки — что-то вроде взрослой девушки».

Кинологическое образование Светлана Шоломицкая получила на погранслужбе

На самом деле обе эти особенные собаки пенсионеры. Бьёрн и Джеки служили на границе вместе со своей хозяйкой кинологом Светланой Шоломицкой. Изо дня в день в течение пяти лет искали и находили наркотики.

Мальчикам Светлана рассказала, что собаки служили в армии, а нам, что они прожили много лет в работе, недополучили той любви, которая есть у них в новой жизни.

Бьёрн, например, — ласковый пес, любит, чтобы его гладили, но, конечно, на его прежней службе эту потребность было непросто удовлетворить, говорит Светлана. А Джеки — прирожденная фотомодель, она обожает камеру, внимание:

«Когда вы вошли в комнату, ее хвост заходил веером. Это означало, что она рада — пришли зрители, сейчас ее будут снимать, сейчас она будет позировать. Бьёрн тоже особенный пес. Таких собак с большим жизненным опытом, с высоким уровнем послушания и выдержки единицы. Я вижу, что в «Тонусе» мои собаки счастливы — сужу по их мимике, по тому, с какой готовностью они идут на контакт со взрослыми и детьми».

У Светланы дома еще несколько собак, но для работы с детьми подходят, конечно, не все. Критерии отбора строжайшие.

Собака должна не только выполнять команды, но и быть терпимой к детскому непредсказуемому поведению. В идеале система отбора выглядит так — сначала из достаточно большого количества животных выбирают по минимальным требованиям примерно 20 собак. Их обучают работать в паре с кинологом и специалистом. Уже после обучения, то есть затраченных временных и материальных ресурсов, проводят тестирование. Остается две-три собаки.

Так что за милой сценой, когда большая мудрая собака дает ребенку с ДЦП запустить в свою шерсть неуверенную ручку, которая не может расслабить пальцы ни на секунду, стоит большая работа.

Стасику тоже 9 лет, как и Бьёрну, с бабушкой Людмилой Ильюшенко в центре он уже не первый раз. Живет мальчик в агрогородке Добромысли (Лиозненский район, Витебская область):

«Километров семьсот мы проезжаем, чтобы сюда попасть. Мне кажется, что в нашем регионе такого уровня центра нет. Здесь хорошие процедуры для ребенка: массаж, электростимуляция, занятия ЛФК, с коррекционным педагогом. Теперь вот и собаки. Стасику очень нравится. А я больших собак боюсь».

Стасик ходит в обычную школу, реабилитация, рассказала его бабушка, мальчику нужна из-за родовой травмы: «Во время родов ему сломали ключицу, нанесли другие повреждения. Два месяца после рождения он лежал в больнице в Витебске, потом наблюдался в РНПЦ «Мать и дитя» в Минске. Правая ручка полностью так и не восстановилась, а если бы постоянно не занимались реабилитацией, было бы еще хуже».

Реабилитация в «Тонусе» за счет государства, а за проживание в гостинице при центре бабушка и внук заплатили 208 рублей за 18 дней: «Хорошая комната. Я готовлю в мультиварке, есть микроволновка».

11-летний Иван с мамой Оксаной приехал из Пружанского района. У мальчика ДЦП, самая высокая четвертая степень утраты здоровья. Оксана говорит, что видит эффект от реабилитации, а о занятиях с собаками — что ребенок счастлив.

У него и дома есть собака Крепыш, но она не умеет выполнять команды. И это был самый главный вопрос у Вани к кинологу: «Как научить взрослую собаку выполнять так команды, как Джеки, например?» Светлана ответила, что надо понять, что собака любит больше всего, и на этом строить тренировку.

 

«Канистерапия всем приносит радость»

Занятия с собаками в «Тонусе» сейчас проходят три раза в день, бывают индивидуальными и групповыми. Через них прошли уже около 70 детей. Вместе с кинологом по методике канистерапии работают учителя-дефектологи Оксана Чопчиц и Татьяна Кожухарь.

Когда проект только начинался в прошлом году, они удивили главного врача «Тонуса» Андрея Богдановича своей однозначной готовностью включиться в него — прошли обучение в Луцке и начали работать вместе со Светланой Шоломицкой.

А через некоторое время Татьяна Кожухарь завела и свою собаку. Оксана Чопчиц знает, что это счастье, ее собака прожила 12 лет.

Андрей Богданович верит в будущее канистерапии в «Тонусе»

Конечно, не каждый ребенок может заниматься с собаками, говорит Оксана Чопчиц. У детей бывают противопоказания по здоровью, например, аллергия. Иногда родители приводят ребенка на канистерапию, а оказывается, что ребенок боится собак, иногда всех, иногда только больших.

Канистерапия, говорят в центре, — особенное занятие, потому что приносит радость всем — детям, педагогам, кинологу и собакам.

«Как специалист я вижу в таких занятиях особенный смысл, потому что это интересно всем, это терапия не только для детей, но и для родителей», — говорит Оксана Чопчиц.

Дети раскрываются на терапии, проявляют доверие к педагогу, добавляет Татьяна Кожухарь. Учителя-дефектологи также отмечают, что было бы справедливо, если бы государство поддержало инициативу — собаки ведь нуждаются в питании, лечении. Волонтерская на сегодняшний день после окончания проекта инициатива нуждается в материальной поддержке.

Светлана Шоломицкая о проекте говорит так: «Меня нашли и пригласили в проект. Мне кажется, я была единственным кинологом, который согласился участвовать. К тому времени у меня была собака, с которой мы работали с ребенком по просьбе его мамы. Мы видели, что есть явный прогресс, который отметили и специалисты. Вот и теперь проект закончен, а мы продолжаем работать».

Андрей Богданович говорит, что проект дал импульс развитию канистерапии в центре, а стали ею заниматься, потому что это интересно и полезно. Он верит, что проблемы будут решены:

«Мы вышли на управления социальной защиты, здравоохранения и образования Брестского облисполкома. Потом будем выходить на республиканский уровень. Мы не видим в использовании канистерапии ничего особо сложного. Дефектологов мы можем обучить. А вот в отношении собак нет стандарта по методике отбора их как канистерапевтов. Мы инициируем разработку такого документа и продолжаем работать. В странах ЕС существуют стандарты, ими можно воспользоваться и утвердить свои. Нам также важно иметь возможность взять на работу кинолога, который держит собак. Вы же понимаете, что Джеки и Бьёрн так хорошо работают с детьми, потому что они слушаются своего хозяина, Светлану. Поэтому при канистерапии с ребенком работает и кинолог, и дефектолог».

Результаты этой работы заметны по улучшению общего состояния ребенка, отметил врач:

«Мы используем терапию в комплексе реабилитационных процедур, и она дает очень хороший эффект — дети раскрепощаются, гораздо проще идут на контакт со специалистами, лучше выполняют другие назначения. Взаимодействие с животными приносит свой положительный результат, хотя изначально далеко не все дети воспринимают животных».

Тактильная стимуляция, разговор с собакой словами — всё приносит свои плоды. Случается, что при расстройствах аутистического спектра, когда в некоторых случаях ребенок вообще не может общаться с людьми, он прекрасно общается с собакой:

«Есть дети, которые в глаза собаки могут посмотреть, а человеку не в состоянии. По опыту европейских стран могу сказать, что случалось, когда дети с аутизмом вступали через собаку в диалог с человеком. Дети не говорили с людьми, но заговаривали с собакой. Причем начинали рассказывать ей все свои проблемы, желания».

 

 

Фото и видео Сергея Сацюка

 


Статья подготовлена в рамках совместного проекта с EU Neighbours East «Свой край: партрэты». Взгляды, выраженные в тексте, принадлежат исключительно автору статьи.