Лукашенко заявил, что Втюрин не был агентом российского посла Бабича

Белорусская госсистема уязвима к коррупции и слаба в ответах на информационные вызовы, особенно гибридные...

Андрея Втюрина задержали за обычную коррупцию, подчеркнул 11 мая Александр Лукашенко. Он опроверг шпионскую версию, вброшенную анонимными источниками.

Александр Лукашенко комментирует дело Втюрина 11 мая. Источник: president.gov.by

Говоря о деле Втюрина, бывшего замглавы Совета безопасности, президент подчеркнул: «…Это не имеет никакого отношения к тому, что он якобы был чуть ли не агентом посла России».
 

Пошла волна про агентов и заговор

Для тех, кто в танке: ряд телеграм-каналов, а потом и СМИ связали задержание Втюрина с отзывом российского посла Михаила Бабича.

Бабич за считаные месяцы работы в Минске успел обрасти скандальной славой. Причем иные комментаторы подозревали этого нетипичного дипломата в продвижении интересов Москвы разными, в том числе и специфическими методами. Мол, смотрите: силовик, имел отношение к спецслужбам, набрал в посольство людей, заточенных под гибридные задачи…

Сенсационное задержание важного человека в погонах, причем долго возглавлявшего Службу безопасности президента (что называется, приближенного к телу), стало роскошным подарком работающим по Беларуси телеграм-каналам и некоторым российским СМИ. Тут же был раскручен веер версий. В частности, утверждалось, что Втюрин был тесно связан с ФСБ или даже готовил заговор силовиков. Причем по одной из версий якобы именно Москва помогла этот заговор разоблачить.

Версии, как видим, противоречат одна другой: неужели Москва станет разоблачать того, кто на нее же работал?

Но ведь в информационной войне руководствуются иной логикой. Чем больше нелепых, обескураживающих месседжей, тем лучше. Главное — посеять смуту, ощущение зыбкости ситуации в головах белорусских чиновников и обывателей.

 

«Чистая» коррупция — слабое утешение

Понятно, что Лукашенко в принципе невыгодны версии об агентуре Москвы и тем более заговоре в своем окружении. Вертикаль и простые люди могут подумать: если уж приближенные силовики сдают вождя и плетут такие сети, то туши свет, вся система прогнила.

Однако будем исходить из того, что зловредные интернет-ресурсы врут и здесь «чистая» коррупция. Напомню, как сообщил КГБ, Втюрин «был задержан с поличным при получении 148 600 долларов США от представителя российской коммерческой структуры «Г» за содействие в продвижении ее интересов в Республике Беларусь».

Но — внимание! — если иностранцы (в этом случае — россияне) могут здесь купить большую шишку ради решения коммерческих вопросов, то кто даст зуб, что такую шишку невозможно купить с другими целями? Деньги ведь не пахнут.

Особенно удивительным выглядит заявление Лукашенко, что Втюрина перевели на высокий пост в Совбез, уже когда полковник был под подозрением. Ничего себе рокировочка.

Второй пикантный момент заключается в том, что Совбез вообще-то не должен заниматься коммерцией. И если чиновник этой структуры способен продвигать чьи-то коммерческие интересы, значит, с самой системой что-то не так.

Проще говоря, это означает, что высокие чиновники в Беларуси, в том числе люди при больших погонах, могут серьезно влиять на экономику, бизнес. И это ненормально.

Ненормально, когда аппарат в такой степени, как у нас, командует экономическими процессами, распределяет финансовые потоки и просто-таки помыкает частным бизнесом. Причем пример подается с самого верха.

Именно такая система, когда от чиновничьего чиха зависят решения на миллионы рублей/долларов, плодит коррупцию, как с ней ни борись. Дело Втюрина показывает: коррупция проникла очень высоко, при том что Лукашенко 25 лет ее вроде как выжигает каленым железом.

Случайно или нет, но именно после ареста Втюрина президент подписал декрет о дополнительных мерах по борьбе с коррупцией. По нему, в частности, коррупционерам не светит условно-досрочное освобождение или смягчение наказания.

Сегодня же официальный лидер пытался оправдать царские села с дворцами больших шишек: «От них зависят миллиарды рублей. Я кусок земли даю чиновникам построить дом или квартиру, чтобы он не воровал эти миллиарды и они остались у государства».

У Втюрина тоже был коттедж в «Дроздах-2», но, судя по обвинению, это не остановило соблазн. Наивный вопрос: а может, лучше, чтобы циркуляция миллиардов в экономике не так зависела от госаппарата?

 

Казенная пиар-машина работает со скрипом

Обратим внимание и на такой момент: уже не в первый раз Лукашенко вынужден лично опровергать вбросы российских медиаресурсов. Сегодня он высказался о деле Втюрина, посещая столичную Студенческую деревню.

В прошлом году подобное было в начале августа после вброса о якобы инсульте у белорусского президента. Затем в конце августа Лукашенко с большим опозданием лично комментировал итоги переговоров в Сочи с Владимиром Путиным.

Но тем, кто ведет информационную войну против Беларуси, такие долгие паузы дают возможность захватить инициативу и навязать свои трактовки.

При этом пиар-обслуга Лукашенко выглядит вяло, неубедительно. Пресс-секретарь президента Наталья Эйсмонт явно проигрывает в активности и красноречии российскому коллеге Дмитрию Пескову. Возможно, дело не столько в самой Эйсмонт, сколько в том, что ей позволяют и чего не позволяют.

Песков же часто берет на себя инициативу в толковании щекотливых тем, отводя удар от своего шефа. Путин, в свою очередь, всегда может отмежеваться от неудачных высказываний пресс-секретаря, заявив, что тот, как это однажды прозвучало, «несет пургу».

В белорусском случае такие тонкие пиар-перепасовки не практикуются. Государственные СМИ молчат в тряпочку по острым темам, пока не получат команды (если получат вообще). Чиновники в принципе немы как рыбы.

Насчет спекуляций вокруг дела Втюрина разве что госсекретарь Совбеза Станислав Зась вчера сказал пару слов, да и то, похоже, в ответ на вопрос агентства Sputnik: «Слухи и вбросы о каком-то заговоре в связи с этим делом — это чушь».

 

Лукашенко трудно называть кошку кошкой

Но Зась, выступающий за то, чтобы чиновники открывались прессе, — скорее, исключение из правил. В принципе же белорусская госсистема очень закрытая. А уж по отношению к негосударственным СМИ — особенно.

Да, замалчивание неудобных тем могло быть относительно эффективным в СССР, где и самолеты якобы не падали, и пожаров, и стихийных бедствий с большим числом жертв якобы не было. Но замалчивание абсолютно бесполезно, а по сути вредно в наши дни, в эпоху интернета, цифровых технологий, когда видео горящего в Шереметьеве «Сухого» тут же попадает в сеть.

Белорусское начальство утвердило концепцию информационной безопасности, но это чисто бюрократический подход к проблеме. На деле мы видим, что система не подготовлена к вызовам в информационной сфере. Особенно — к гибридным вызовам.

Проблема, впрочем, не только в негибкости пирамидальной системы, когда все главные вопросы решает один человек, а остальные боятся проявить инициативу. Закавыка еще и в том, что главные гибридные вызовы сегодня идут с востока.

А с Кремлем белорусское начальство повязано играми в интеграцию. Плюс просто колоссальная финансово-экономическая зависимость. В таких условиях жестко реагировать на некие российские провокационные шаги, называть кошку кошкой, короче, дразнить Кремль — дело рискованное.

Мы видим это в сюжете вокруг «Бессмертного полка». Белорусские власти, усматривая под этим брендом продвижение великодержавности, мягкой силы Кремля, тем не менее гасят неподконтрольную инициативу мягко, хитро. На гибридной войне как на гибридной войне.