«Приговор против здравого смысла». Дауншифтеру дали 9 лет за дикую коноплю

Когда Владислав перехал жить за город, на участке уже росла конопля.

40-летний Владислав Вакульчик получил девять лет колонии усиленного режима за посев, выращивание, хранение и сбыт конопли. Он не согласен с решением суда и обжаловал его, но приговор оставили в силе.

Владислав Вакульчик рассказал свою историю в письме из жодинской тюрьмы.

Владислав родился и долгое время жил в Минске, но потом решил кардинально изменить образ жизни (сейчас это называется дауншифтинг) и уехал из города в деревню — поселился в садоводческом товариществе «Родник-9» вблизи деревни Клыповщина Дзержинского района.

Три года назад к нему переехала жена Ольга. Они встретились и полюбили друг друга более 20 лет назад. У пары родился сын Даниил. Сейчас ему 17 лет. Он остался жить в Минске с дедом и прабабушкой, но Владислав и Ольга часто приезжали — помогали контролировать учебу сына и на школьные собрания.

Семья зарабатывала на жизнь ремесленничеством. Ольга — профессиональный портной. Денег хватало на обязательные платежи, покупку продуктов и всё, необходимое для сына.

Когда Владислав Вакульчик переехал за город, то обнаружил, что на участке росла конопля. Он знал, как она выглядит, так как впервые попробовал марихуану в 15 лет. В последнее время мужчина курил ее постоянно. Жена знала о пристрастии мужа к конопле и осуждала его за это, но все же позволила ее использовать, поставив условие, что никто не должен знать об этом.

Летом прошлого года тяжело и мучительно от рака умирала мать Владислава. Он вместе с женой и родственниками старались облегчить ее страдания. На даче бывали наездами.

Когда мать умерла, то снова вернулись за город. На участке обнаружили заросли конопли, особенно в теплице с помидорами, огурцами и перцами. Там марихуана стала похожа на деревья и высохла. Владислав решил, что этого хватит на несколько лет. Он намеревался потом избавляться от конопли, а то, что есть, использовать экономно, уменьшая порции вплоть до полного отказа.

Но вскоре его жизнь перевернулась. 11 октября 2018 года.

В этот день к нему в гости приехал знакомый Никита Усатюк. Владислав как раз собирался пойти на озеро и покурить в тишине. Пакет с коноплей он оставил на веранде. Никита рассказал о мучениях своего умирающего друга. Владислав, зная, что в некоторых случаях марихуана облегчает страдания, почти решил отдать ему пакет, но вышел к умывальнику, чтобы помыть чашки от чая, а когда вернулся, Никита уже собрался уходить. Они попрощались. Когда он ушел, Владислав заметил, что пакет пропал.

Вечером Никиту и его знакомого задержали в Радошковичах. А потом СОБР ворвался с автоматами наперевес на дачу Владислава. При обыске милиция обнаружила у него дома два килограмма конопли.

Сначала Никита говорил, что взял пакет у Владислава сам, но потом пошел на сделку со следствием и поменял показания.

В частности, он заявил, что еще в начале октября Владислав пообещал угостить его марихуаной, и что во время последнего визита на дачу положил пакет на швейную машину и сказал, что это ему. Никита забрал пакет и ушел. В нем было не менее 17 граммов марихуаны. Вместе со знакомым он поехал к нему домой в Радошковичи. Молодые люди покурили сами и угостили знакомых. Потом их задержали.

В феврале этого года суд Дзержинского района признал Владислава Вакульчика виновным в посеве и выращивании с целью сбыта, а также хранении и сбыте наркотических веществ и приговорил к девяти годам колонии усиленного режима.

Мужчина не согласился с таким решением. Он обжаловал приговор, поскольку считает, что не заслуживает такого наказания

«Если наше общество считает коноплю вредным веществом, то пусть и накажет меня за хранение этого вредного вещества. И я буду считать его вредным до той поры, когда общество поймет, что оно ошибалось. Еще совсем недавно общество жестоко наказывало за хранение иностранной валюты, сегодня оно признало, что ошибалось. Зачем же наказывать еще и за то, чего не было? Не хочется терять веру в справедливость…» — написал Владислав из жодинской тюрьмы.

Жалобу рассмотрели 19 апреля в Минском областном суде. На заседании адвокат Александр Галиев отметил, что его подзащитный характеризуется друзьями и родственниками с положительной стороны, раньше не привлекался к уголовной и административной ответственности.

«Это человек, который вел, скорее, образ жизни отшельника и, в первую очередь, занимался своим духовным развитием, а не мыслил о том, как получить прибыль, тем более от реализации наркотических веществ. Его материально положение являлась нестабильным. Соответственно, если бы он преследовал цель сбыта, то это, вероятно, отразилось бы на его материальном положении, чего мы не усмотрели. Согласно экспертизе, Вакульчик страдает зависимостью в течение 15 лет. Вряд ли это логично — хранить подобный объем для сбыта, если человек сам употребляет. А тем более хранить для бескорыстного сбыта», — заявил на заседании адвокат.

Он также назвал показания свидетеля Никиты Усатюка противоречивыми, поскольку он их поменял.

«Усатюком заключено досудебное соглашение. Следовательно, это накладывает на него определенные обязательства, и он ограничен в возможности объективно излагать те события, которые он помнит», — сказал Александр Галиев.

Прокурор назвал доводы адвоката необоснованным. По его словам, виновность Владислава Вакульчика доказана в суде показаниями свидетелей, протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертиз и иными материалами делами.

Судебная коллегия решила оставить приговор суда в силе, а жалобу Владислава Вакульчика без удовлетворения.

Адвокат после процесса сказал Naviny.by, что ожидал подобной реакции суда, его решение будет обжаловано в вышестоящих инстанциях.

Гражданская компании Legalize Belarus, которая борется за декриминализацию легких наркотиков, негативно оценила решение суда и назвала его жестким.

«Если бы он был крупным наркоторговцем, тогда можно было бы говорить о какой-то пользе обществу. А тут просто преступление против семьи, друзей и здравого смысла, потому что девять лет в колонии за ненасильственное преступление — это ненормально», — сказал Naviny.by активист кампании Петр Маркелов.