Без хеппи-энда. Как искали Ваню Волошина

Более сотни волонтеров приехали 13 апреля в Любашки Каменецкого района, чтобы искать Ваню Волошина — двухлетнего мальчика, пропавшего днем 10 апреля. Ваню нашли. Погибшим.

В двух километрах от дома в мелиоративном канале тело Вани обнаружили волонтеры поисково-спасательного отряда «Ангел». Было около шести часов вечера. Прошло чуть более трех суток после того, как мальчик ушел из дома.

Все это время в деревне и окрестностях работали сотрудники милиции, спасатели, пограничники, военнослужащие внутренних войск и волонтеры.

 

Надеялись на чудо

Как Ваня, которому два года исполнилось бы только 29 мая, оказался на таком расстоянии от дома, остается загадкой, говорит волонтер Василий Образовский, который выехал из Минска в пять утра, чтобы к девяти часам быть в Любашках. На утро субботы был объявлен сбор волонтеров для масштабной поисковой операции.

У Василия самого двое маленьких детей, и он не представляет, как пережить исчезновение ребенка. Образовский принимал участие и в поисках Максима Мархалюка, который пропал в 2017 году, и на этот раз тоже не смог остаться в стороне:

«Я не представляю, как бы я мог заниматься своими делами в Минске, когда у людей случилась такая беда. Меня очень задели разговоры и комментарии в сети о том, что пропал ребенок из национального меньшинства, что у них особенный стиль жизни. Для меня все дети одинаковые. Я очень хотел помочь. Очень хотелось найти мальчика живым».

Когда Василий приехал к месту сбора, насчитал около пятидесяти волонтеров. Но люди постепенно прибывали. К середине дня их было уже более ста человек. Они распределились на группы, каждая получил свой участок для прочесывания местности.

Кристина Крук

Руководила штабом «Искра». Это позывной Кристины Крук, координатора лесного поиска, которая распределяет задания, назначает старших групп, проверяет на карте их работу, накладывает на нее маршруты и имеет перед глазами полную картину пройденного каждой группой волонтеров пути.

Кристина занимается поиском людей с «Ангелом» вот уже шесть лет, а работает в продажах — пять дней в неделю по восемь часов.

О поисках Вани Волошина она говорила, что местность сложная, есть труднопроходимые участки, канавы с водой. Но надеялась, что все будет хорошо.

Люди приехали из разных регионов, но все в один голос говорили, что цель только одна — найти живым.

Евгений из Солигорска очень надеялся на чудо, ведь были прецеденты, когда заблудившихся детей находили после недели пребывания в лесу. Погода, говорил, для поисков хорошая, значит — есть надежда.

 

Жилая деревня выглядит как заброшенная

Когда в Любашки приехали корреспонденты Naviny.by, часть людей уже вернулась с утренних заданий и отдыхала. В деревне работали сотрудники МЧС, Следственного комитета и местной милиции.

Руководитель спасательного отряда «Ангел» Сергей Ковган с коллегой и сотрудниками МЧС с применением специальной пилотной камеры перепроверяли колодцы.

Сергей Ковган

Сергей Ковган подчеркнул, что волонтеры работают как помощники государственных структур, которые руководят поиском — «Ангел» исходит из поставленных профессионалами задач и выполняет их.

«Мы спрашиваем, чем помочь, и делаем то, что можем. В данном случае мы перепроверяли и территорию деревни, и колодцы. С таким случаем «Ангел» еще не сталкивался. На моей памяти такие маленькие дети не пропадали», — рассказал руководитель отряда корреспонденту Naviny.by.

В Любашках много заброшенных колодцев. С одним из них пришлось долго повозиться — в конце концов, выяснилось, что на 15-метровой глубине лежит какая-то коряга. Некоторые колодцы вообще не имею надземных колец и прикрыты мусором и ветками. Такие колодцы очень опасны, говорят волонтеры — разглядеть их непросто, а падать придется глубоко.

Опасных объектов в деревне немало — многие дома давно заброшены, стоят незапертыми, с выбитыми окнами. Мусор вместо огородов почти за каждым домом, причем даже за теми, где живут люди.

В некоторых домах — тоже горы мусора, где-то на полу лежат старые матрацы. Такое впечатление, что кто-то здесь зимовал и ушел. Все такие дома в поисках ребенка были проверены.

Милиция вскрывала и незаброшенные, но не жилые дома. Побывали в доме и у Раи. Еще и года не прошло, как жившая здесь ее мама умерла. Рая приезжала несколько раз за лето. Сегодня приехала, потому что прочитала в интернете, что пропал мальчик и милиция обыскивает дома. Поисковая группа ее не дождалась.

«Мне сказала милиция, что нужно было посмотреть все дома внутри. Они вынули окно, залезли в дом. Правда, все оставили аккуратно, как было. И окно вставили. Ребенка жалко».

В Любашках было около 90 домов вдоль одной улицы, но теперь некоторые строения сгорели, некоторые разобраны на дрова, а некоторые просто развалились. По данным Дмитровичского сельского исполкома, в деревне зарегистрировано 36 человек, из которых 23 ребенка. Это все дети цыганской национальности.

 

«Я знаю, он у русских…»

Погибший Ваня Волошин — сын Алёны Волошиной, восемнадцатилетней девушки, у которой уже четверо детей. Алёна и ее 20-летний муж сегодня много часов были на допросе — Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту исчезновения ребенка.

Дом, где живет семья Волошиных

Их детей забрала в свой дом Людмила Чижук, мама Алёны, которая живет в Головчицах. У нее самой десять детей, с последним она находится в декретном отпуске. Своих детей оставила под присмотром старшего ребенка и приехала в Любашки.

Людмила Чижук

«Я как услышала, что Ваня пропал, сразу сюда приехала. Мы все его искали, три часа искали, а потом в милицию позвонили. Я знаю, он у русских, его украли, нам гадалка сказала, мы сами гадать не умеем. Нам сказали, что его найдет милиция живым», — говорила женщина корреспонденту Naviny.by, когда ее внука еще искали.

Ваню искали с десяти часов вечера 10 апреля, а последний раз мама видела своего ребенка в четыре часа дня. Говорят, что никто не видел, как он вышел из дома, никто не мог даже точно сказать, как был одет мальчик.

Когда мы зашли в дом Волошиных, там было человек пятнадцать — родственники Алёны и ее мужа. Взрослые и дети, включая мальчика возраста погибшего Вани, ели, сидя на полу в кухне. На плите что-то кипело в огромном чану. Те дети, которые не ели, лежали прямо в обуви на диванах под одеялами.

В большой комнате висела привязанная к потолку люлька с младенцем. Где чьи дети, разобраться было невозможно. Как и понять, почему семья так обижена на журналистов, власти, соседей, о чем они не уставали говорить.

Наталья Козлюк

Как позже нам рассказала Наталья Козлюк, директор Ходосовской школы (восемь километров от Любашек), где когда-то училась Алёна, в школе дважды бесплатно кормят детей из многодетных семей (остальных — один раз), так что все дети Чижук получают двухразовое питание. Детей подвозят к школе. Адресная социальная помощь также может предоставляться.

Ходосовская школа

Школа предоставила волонтерам спортзал для ночевки

Однако Людмила Чижук говорит, что не получает помощи. Ее дочь Алёна окончила шесть классов, а впервые сама стала мамой в год, когда ей исполнилось только 14 лет — потому что у «цыган такой закон». На первого ребенка Алёны ее мать оформляла опеку, потом муж Алёны установил отцовство.

Иван, брат мужа Алёны, приехал из Кобрина, говорит, что у него там шестеро детей. Его пятнадцатилетняя сестра Ева ждет первого ребенка. Ева, в отличие от Ивана, училась в школе, а он о себе говорит: «Я грамоты не знаю. Что сделаешь, если мамка в школу не отдала». На вопрос, почему он не ищет вместе с волонтерами своего племянника, Иван ответил, что он уже искал.

Надо сказать, что на поисках с отрядом «Ангел» трое цыган все же было. Из деревни Видомля в 20 километрах от Любашек приехали Дмитрий, Иван и Герасим.

«Цыгане разные, — сказал Герасим. — Мы считаем, что есть смысл искать. Мы хотим помочь. Знаете, и семьи у цыган разные. Вот у меня четверо детей, у моей мамы тоже было немного детей — трое. Нарожать мало — одеть, обуть надо. Мы вот здесь в районе работу найти не можем. Ездим работать пастухами в Витебскую область с апреля по сентябрь, коров пасем. Нам бы лучше здесь, но не берут, с Украины много рабочих приехало».

Наталья Козлюк говорит, что теперь все дети школьного возраста, которые живут в населенных пунктах, прикрепленных к Ходосовской школе, ходят в школу. Из 94 учеников здесь треть — цыгане. В школе также учатся дети украинских беженцев, есть представители других национальностей:

«Мы воспитываем в детях толерантность, мы культивируем отношение друг к другу на основе уважения вне зависимости от национальности. Наши дети не делают различий в отношении друг к другу по признаку национальности».

 

 

Фото Сергея Сацюка