Российский посол Бабич не хочет быть в Беларуси ванькой-встанькой

В лице этого дипломата со статусом спецпредставителя Владимира Путина Александр Лукашенко столкнулся с новым курсом Кремля…

На пресс-конференции по Крыму российский посол Михаил Бабич выглядел не так лихо, как в заявлениях прошлой недели. Но это не означает, что прессинг Москвы ослабнет.

 

Пресс-конференция получилась вялой

Мероприятие, прошедшее в Минске 18 марта и посвященное пятилетию аннексии полуострова (которую Кремль считает воссоединением), получилось дежурным, скомканным, организаторам явно хотелось побыстрее закончить. Онлайновая трансляция показала все детали и нюансы.

Дипломат уходил от острых вопросов, был вынужден говорить банальщину об интеграции (типа: рассорить нас никто не может, все вопросы решим). А также волей-неволей демонстрировать уважение к позиции белорусского президента по Крыму.

Александр Лукашенко в «Большом разговоре» 1 марта подробно изложил аргументы, почему не признаёт полуостров российским. В частности, экспрессивно заметил, что иначе «в Украине скажут: «собака» — и плюнут в мою сторону».

Бабич же сегодня провалился по многим позициям. Например, заявлением, что спекуляции насчет крымского сценария в отношении Беларуси — «это образец совершенно неприкрытой циничной информационной провокации», по сути, высек российские же СМИ и тамошних лидеров мнений вроде главреда «Эха Москвы» Алексея Венедиктова.

Тот на днях в очередной раз уверял в эфире, что с точки зрения Кремля (контактами с которым главред любит козырять) нет разницы между Беларусью и Крымом.

И вообще обсуждение белорусской темы в российском медиапространстве после декабрьского «ультиматума Медведева» (премьер РФ обусловил преференции для Беларуси «продвинутым» вариантом интеграции) свелось в основном к дискуссии, как присоединять — тушкой или чучелом.

Наконец, в Беларуси не забыли о монографии российских аналитиков, которая выскочила в прошлом году на сайте МГИМО и в которой Кремлю открытым текстом рекомендовали держать наготове крымский сценарий для Беларуси. Спохватившись, монографию из открытого доступа прибрали, но характерный образ мышления был явлен.

 

Определение «бухгалтер» послу даже польстило

По большому счету, Бабич сегодня отбывал номер. Провести подобные мероприятия главам дипмиссий, как можно было понять, предписала Москва. К тому же после полемической стычки с белорусским МИДом на минувшей неделе настало время слегка открутить назад.

Но пару острых реплик Бабич все же себе позволил. В частности, подчеркнул собственный статус: посол — это высший официальный представитель своего государства, а не «какой-то, знаете, ванька-встанька», как, может быть, кое-кому в Минске показалось.

Дипломат также иронично дал понять, что гордится определением «бухгалтер», которое заслужил от представителя белорусского МИДа Анатолия Глаза.

«Если твоей стране надо, чтобы ты стал на какое-то время бухгалтером, то это гарантирует твоей стране, что ее не обсчитают, не ошельмуют, а наоборот, экономические отношения будут прозрачные, понятные не только для чиновников, но и для всех», — сказал Бабич.

Оценка же из уст представителя белорусского МИДа «подразумевает, что с бухгалтерией мы все же разобрались», многозначительно подчеркнул российский дипломат.

 

У Москвы и Минска совсем разные подсчеты

На самом деле стороны ни в чем не разобрались. У них совершенно разная бухгалтерия. В своем нашумевшем интервью РИА Новости от 14 марта Бабич доказывал, что Россия дает Беларуси большущие субсидии. Лукашенко же и его подчиненные твердят: мы не нахлебники! Мы не просим ничего, кроме равных условий хозяйствования, это, наоборот, Москва хитрит и не выполняет договоренности.

Это вовсе не схоластический спор. От его исхода в огромной мере зависит самочувствие белорусской экономики, по-прежнему критически завязанной на Россию.

Бабич же в том интервью дал понять, что и цена газа, и судьба кредитов, и поставки продовольствия на российский рынок зависят от продвижения интеграции в рамках Союзного государства. Валерий Карбалевич, эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск), считает, что впору говорить об «ультиматуме Бабича» как развитии декабрьского «ультиматума Медведева».

На тот, первый ультиматум Москва в принципе уже получила ответ. На тяжелых переговорах в Москве и Сочи Лукашенко, судя по всему, отказался от того варианта достройки Союзного государства, который ведет к постепенной утрате суверенитета.

При этом публично белорусский официальный лидер твердит, что готов и к единой валюте, и к прочему, но — на равноправных условиях. Понимая, что де-факто это неприемлемо для российской стороны.

Такая хитрая риторика способна создать дымовую завесу, утопить невыгодные предложения Москвы в переговорном болоте. Но при этом в руках Кремля и его полпреда Бабича — жесткие инструменты той самой бухгалтерии, о которой свысока высказался белорусский МИД.

 

Попробуй отгреби — сразу огребешь

Как ни язви, как ни храбрись, а бухгалтерия от посла Бабича может вогнать белорусскую экономику в большой минус.

Если рассуждать чисто логически, то коль скоро Россия начинает так обжимать белорусского партнера, для него испаряется сам смысл Союзного государства, всей этой «братской» интеграции, в которую Лукашенко ввязался в середине 90-х.

Но весь сволочизм ситуации для белорусского руководства заключается в том, что теперь от России особо не отгребешь.

Скорее — огребешь по самое не хочу, если попытаешься перейти некие красные линии в плане союзничества. Особенно если в Кремле увидят угрозы безопасности России на западном стратегическом направлении. Захват Крыма ведь тоже был во многом спровоцирован (или, по крайней мере, мотивирован) фобией, что иначе там окажется НАТО.

В этом плане показателен такой момент. Бабич в интервью РИА Новости, говоря о военных объектах России в Беларуси, заметил, что «вопрос об оплате за аренду от военного союзника выглядит достаточно странно».

Казалось бы, зачем ломиться в открытую дверь? Ведь Лукашенко ранее сам подчеркнул, что брать деньги за аренду не собирается. Но реплика посла обретает смысл, причем суровый, если рассматривать ее как априорное предостережение Москвы: не вздумайте юлить и шантажировать в вопросах военного сотрудничества. А если шире — геополитического выбора.

Кроме того, посол предостерег от попыток «решить вопросы Союзного государства за счет наших евразийских отношений». Это намек, что Минск может нарваться на неприятности, если будет и впредь практиковать саботаж решений в рамках ЕАЭС, когда возникают конфликты с Москвой.

 

Кремль видит уязвимости белорусского режима

При этом Москва вроде и не запрещает проводить экономические реформы, диверсифицировать внешнюю торговлю и пр. Но белорусский руководитель из политических соображений сохраняет большой неэффективный госсектор, который жрет уйму энергоресурсов, получаемых как раз от восточной соседки, и недостаточно конкурентоспособен на других рынках.

Так что к России нас привязывает не только геополитическое решение времен молодого президента Лукашенко, но и консерватизм, отсталость белорусской модели.

Да, официальный лидер проявил политическую волю, упершись в вопросе «продвинутой» интеграции. Хотя критики твердят: он просто спасает свою единоличную власть.

Но у Лукашенко, похоже, нет политической воли к трансформации режима. Преобразования помогли бы ослабить зависимость от России, создать более динамичную, конкурентоспособную экономику, политический класс и национально сознательное гражданское общество. Но затевать их страшно: может развалиться вся нынешняя властная конструкция. Да и Москва, и так всюду видящая подвохи, может среагировать нервно.

Бабич спокоен и насмешлив, потому что в Кремле прекрасно видят все уязвимости белорусского режима, всю его ограниченность в плане маневра. Сохраняя риторику, что мы друзья и все разрулим, де-факто Минску указывают на вассальный статус.

Присланный в прошлом году российский посол действительно окажется не ванькой-встанькой, а большим гвоздем в стуле высокого белорусского начальства. Но дело здесь не в натуре Бабича с его бэкграундом человека в погонах, а в том, что российское руководство принципиально выбрало новый, жесткий курс в отношении союзника. Новый же посол только получил мандат, карт-бланш на проведение такого курса.

Это не Бабич бухгалтер. Это Кремль, где когда-то Лукашенко с Ельциным лихо опрокидывали чарки за союз, превратился в сурового бухгалтера для белорусских властей.