Владимир Соловьев о пропаганде, информационных войнах и «Доме-2»

«Мы стоим на страже свободы печати и свободы распространения информации, если она не запрещена законом».

Председатель Союза журналистов России Владимир Соловьев приехал в Минск, чтобы подписать соглашение о сотрудничестве с Белорусским союзом журналистов, а также провел мастер-класс для студентов журфака и находящегося в том же здании факультета философии и социальных наук БГУ.

Владимир Соловьев. 54 года. Российский тележурналист, политический обозреватель, телеведущий, телепродюсер, председатель Союза журналистов России. Является членом Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека.

О себе говорит, что побывал на всех континентах и, как журналист, на семи войнах.

Перед встречей со студентами Naviny.by задали российскому журналисту несколько вопросов. Например, спросили о проблеме, существующей и в Беларуси, и в России, разделения журналистики на государственную и негосударственную.

— Это нормальная ситуация, — сказал Соловьев. — Это жизнь, без этого было бы скучно. В России доступ к информации у государственных и негосударственных СМИ равный. Я не знаю подробно про Белоруссию, но надеюсь, здесь также.

— А функции у журналистов государственных и негосударственных СМИ одинаковые?

— Каждый со своей точки зрения пытается оповещать свою аудиторию о том, что происходит.

— Идет информационная война?

— Да, информационная война есть на международном уровне, но ничего страшного в этом нет. Важно, чтобы на планетарном уровне информационная война не переросла в настоящую.

— Многими в нашей стране российское информационное поле воспринимается как агрессивное и слишком мощно влияющее на Беларусь. А про российские СМИ говорят, что это, по сути, пропаганда…

— А что в вашем понимании пропаганда? Пропаганда — это распространение идей. Информационное поле России действительно настолько мощное, что перекрывает во многом все соседние страны, и мы можем этим гордиться. Ничего страшного в этом нет. Те граждане, которым интересна информация, которая распространяется из России, ее воспринимают. Те, кому интересна внутренняя информация, находят ее внутри. Сейчас самое главное — фильтровать информацию и находить то, что нужно именно вам.

— Получается, российской информации в Беларуси так много, потому что она интересная, а Россия — это мощь?

— Действительно, у нас очень мощные средства массовой информации. Российское информационное поле очень сильно влияет не только на Белоруссию, а на все окрестные, на все соседние страны. И мы можем этим гордиться.

— А не влияет ли это на самоидентификацию народов, которые эту информацию массово поглощают?

— Думаю, что нет. Мы всю жизнь вместе живем. Нам и дальше жить вместе, пусть люди знают, что происходит.

Встречу со студентами модерировал Вадим Гигин, декан факультета философии и социальных наук. Руководство журфака присутствовало во главе с деканом Ольгой Самусевич.

Студенты отмалчивались, хотя к вопросам российский журналист перешел довольно быстро. Первым из публики к Соловьеву обратился доцент кафедры периодической печати журфака Виктор Шимолин. Он говорил о славном советском прошлом белорусской фотографии, о том, что в сфере фотоискусства надо налаживать связи с Союзом журналистов России.

Рассказал, что начинал свою карьеру в газете «Шлях камунізму». Соловьев оживился, сказал, что первая его газета, где он работал как фотокорреспондент, была газета «Знамя коммунизма». И Шимолин подытожил: «По одному шляху шли и идем».

Потом был вопрос из зала в письменном виде по поводу того, почему российские СМИ не рассказывают о кричащей проблеме деморализации российской молодежи.

«Это вопрос не к Союзу журналистов. Мы не Министерство печати, чтобы говорить — вот это обсуждать, а это не обсуждать. Мы можем просто рекомендовать», — ответил Соловьев.

И все же, сказал он, о серьезных проблемах общества СМИ в России рассказывают, другое дело, что на телевидении это происходит не в рейтинговые часы. Он пояснил студентам, что на ТВ все решает рейтинг и доля в вещании: «От того, какие это цифры, у руководства и журналистов передачи и канала зависят и настроение, и зарплата, и увольнение». Журналисты, отметил Соловьев, «всю жизнь ходят по грани». С одной стороны, надо и темы важные поднимать, и деньги зарабатывать. А сделать это можно только на тех программах, которые смотрят.

Владимир Соловьев как раз тележурналист — на телевидении он с 1990 года, еще студентом снимал сюжеты для «Прожектора перестройки». Работал и на ОРТ, и на РТР, и на ТВ-6, и на Третьем канале.

«Почему на канале ТНТ больше десяти лет идет «Дом-2»? Все плюются, возмущаются, во всяком случае, старшее поколение. Не знаю, может быть, вам нравится «Дом-2»? — обратился Соловьев к молодежи. — Передача идет упорно, потому что доля хорошая, и канал продолжает ее показывать. Отступать от этого они не будут. Надо зарабатывать. От рекламы зависит зарплата».

Вадим Гигин на этот счет сказал: «Если начать сильно показывать про деморализацию, можно сильно деморализировать что угодно». Гигин вспомнил, что фильм «Интердевочка», который, по его мнению, в 80-е годы «сделал профессию проститутки популярной, снял табу, повысил уровень толерантности». 

«Мы всегда находимся на весах — говорить об ужасном и плохом или о светлом и хорошем. Это вопрос философский, вопрос выбора профессии», — сказал Гигин.

Он высказал мнение, что на чернухе журналисту имя сделать просто, а вот написать о чем-то хорошем, чтобы многие прочитали, нужен талант.

Обсуждалась и тема объективной журналистики, которую поднял доцент Белорусского государственного экономического университета Алексей Беляев, известный своим высказыванием в эфире ОНТ о том, что «у нас есть родной язык — это русский».

Он говорил о том, что СМИ в Беларуси и России разделены на тех, кто за союз с Россией и тех, кто против. А на примере визита Соловьева, сказал он, видно, что идет серьезное сближение журналистского сообщества в рамках той политики сближения двух стран, «которая у нас в целом уже не просто наметилась, а приступила к фазе своего завершения».

«Как действовать в сфере совместной российско-белорусской медиаполитики, чтобы наше союзное государство и в целом белорусско-российские отношения не превращались в, например, свеженькое, в то, что у нас сменили вывеску на вокзале?» — спросил Беляев.

Речь идет о том, что обновленная вывеска «Железнодорожный вокзал» над центральным входом выполнена только на белорусском и английском языках. Этот факт стал поводом для ряда прокремлевских СМИ поднять тему дискриминации русского языка в Беларуси. Например, известное своими шовинистическими взглядами агентство Regnum выдало текст с заголовком «Уничтожение русского языка в Белоруссии — плевок в лицо белорусскому народу».

Беляев на этот счет сказал и спросил: «Были публикации, где писали, что начинается ползучая белорусизация, нарушающая нашу белорусско-российскую дружбу. Как на взгляд руководителя мощной российской организации можно способствовать решению этих проблем?» — спросил Алексей Беляев у Владимира Соловьева.

Соловьев ответил: «Мы стоим на страже свободы печати и свободы распространения информации, если она не запрещена законом. Если информация не нарушает закон, она должна свободно распространяться. То, что существуют разные точки зрения, государственные и оппозиционные СМИ — это хорошо, ничего страшного в этом нет. От этого нам должно быть только интереснее, и в этой борьбе наши журналисты только закаляются. Это было и будет всегда. Вспомните славянофилов и западников еще в царской России».