Лукашенко попытался успокоить белорусов и не раздразнить Кремль

Но при этом прозрачно намекнул, что тот может потерять союзника…

Тема конфликта с Россией де-факто задавала тон совещанию, которое Александр Лукашенко провел 10 января. Хотя официально тему обозначили нейтрально — о социально-экономическом развитии страны в 2019 году.

Но и развитие, и даже просто работа белорусской экономики уже много лет жестко завязаны именно на Россию.

 

Цифры: смешные и не очень

Официальный лидер долго молчал об итогах переговоров с Владимиром Путиным, ради которых пришлось дважды перед Новым годом летать в Москву.

Пока тянулась гнетущая пауза, иные российские СМИ пытались уверить, что «Батька» сломан, и уж все без исключения с удовольствием мусолили тему вероятного поглощения Беларуси.

Внутренние же критики песочили Лукашенко как за эту игру в молчанку, так и за всю многолетнюю политику «братской интеграции», которая привела к декабрьскому «ультиматуму Медведева»: хотите субсидий — давайте выполнять союзный договор 1999 года по полной. А там одна только единая валюта, не говоря о прочем — уже гроб для суверенитета.

На совещании 10 января Лукашенко постарался успокоить сограждан и при этом не раздразнить лишний раз Москву.

В частности, он призвал «не гиперболизировать проблемы, связанные с потерями белорусского бюджета из-за налогового маневра в России, а искать другие надежные источники, которые компенсируют эти негативные моменты».

При этом президенту, похоже, было трудно решать сразу две задачи. С одной стороны, хотелось убедить население, что паниковать нет причин. С другой — показать, что жадная Москва лишает союзника больших денег.

«Потери от налогового маневра в Беларуси в этом году составят смешную сумму: при 70 долларах за баррель это будет около 400 млн долларов», — заявил Лукашенко.

Он даже попытался бравировать: «По паритету покупательной способности, как сейчас принято считать, ВВП Беларуси — под 80 млрд долларов. Что тут за проблема? Нет такой».

Здесь, правда, просится ремарка, что нефть приходится покупать не по паритету, а за реальные доллары.

А главное, тут же были приведены совсем не смешные цифры. По словам Лукашенко, с 2015 года, «когда был введен этот налоговый маневр», Беларусь уже потеряла 3,6 млрд долларов, а к 2025 году потери составят 10,6 млрд долларов. Это много, хоть по паритету, хоть без паритета.

 

Кто виноват и что делать

Ответ, кто виноват, был обрисован на совещании достаточно четко. Лукашенко заявил, что действия российской стороны противоречат духу и букве всех договоренностей, в том числе в рамках Евразийского экономического союза. Москва из-за такой вот политики может потерять союзника, прозрачно намекнул официальный лидер.

Впрочем, у его политических противников на вопрос, кто виноват, что Беларусь попала как кур в ощип, есть свой ответ: нечего было затевать авантюрные игры в «братскую интеграцию», подписывать убийственный для независимости договор в 99-м.

Но сейчас более животрепещущ вопрос, что делать.

Российские маневры снова актуализировали риторику о нефтяной альтернативе. В периоды прежних обострений уже пробовали гнать нефть танкерами из Венесуэлы, закупать в Азербайджане, Иране. Но эти проекты выдохлись. Судя по всему, альтернативная нефть оказалась дороже, да и сами поставки делались, скорее, в расчете взять Москву на пушку.

Сегодня тема, что на российской нефти свет клином не сошелся, была поднята снова.

 

Реальна ли нефтяная альтернатива?

«Я уже давно ставил задачу, и нам надо ее решить: открыть альтернативную поставку нефти через прибалтийские порты. Если литовцы не согласны — с латышами договориться и закупать эту нефть. Перерабатывать на Новополоцком нефтеперерабатывающем заводе и обеспечивать балтийские республики», — заявил Лукашенко.

«Поиск альтернатив — это всегда правильно», поскольку плохо зависеть от одного поставщика-монополиста, отметила в комментарии для Naviny.by белорусский эксперт в нефтегазовой сфере Татьяна Манёнок. Но сегодня речь идет лишь о проработке вариантов, подчеркнула она.

«Пока белорусские НПЗ не завершили ключевые этапы модернизации, не приблизились по глубине переработки нефти к европейским показателям, эффективно перерабатывать нефть, закупленную по мировым ценам, более чем проблематично», — говорит эксперт.

Хотя налоговый маневр в России и начался, ее нефть обходится Беларуси примерно на 20% дешевле мировой цены, отметила собеседница.

И пока эти ножницы будут сохраняться (то есть как минимум до 2024 года), Беларусь, по прогнозу эксперта, будет покупать именно российскую нефть. Да и потом надо будет считать логистику, ведь сегодня Мозырский НПЗ и новополоцкий «Нафтан» «сидят на трубе», говорит Манёнок.

Действительно ли Россия, пользуясь трудностями Минска в связи с налоговым маневром, может просто купить эти предприятия, как предполагают некоторые аналитики?

Манёнок не считает, что тема приватизации белорусских НПЗ в ближайшее время станет актуальной. Хотя бы потому, что после модернизации, которая пока проведена на 70-80%, стоимость предприятий заметно вырастет. Кроме того, это стратегические активы.

Если Москва все же поставит вопрос о продаже НПЗ, то Минск вряд ли станет категорически отметать такую возможность, но переговоры могут быть сколь угодно долгими, а цена априори будет запрошена большая, прогнозирует Манёнок.

Добавлю, что председатель концерна «Белнефтехим» Андрей Рыбаков сегодня сообщил: официальных предложений о покупке НПЗ из России не поступало.

 

Минск будет волынить с «продвинутой» интеграцией

О «продвинутом» варианте интеграции, за которым маячит инкорпорация, Лукашенко на совещании высказался осторожно: «Мы с президентом России однозначно определили, что сегодня в повестке дня такого вопроса нет — об объединении».

Здесь сразу спотыкаешься на словечке «сегодня». То есть завтра вопрос может-таки встать на повестку?

Судя по всему, Лукашенко пока просто не хочет дразнить Кремль. Расчет — заволокитить переговоры о дальнейшем «союзном строительстве», как заволокитили их в первой половине 2000-х. А тем временем раскошелить Москву хоть на частичную компенсацию. Типа: утром — деньги, вечером — стулья, но деньги вперед.

Межправительственная рабочая группа только приступила к формированию повестки переговоров, дата первого заседания еще не определена, сообщил сегодня министр экономики Дмитрий Крутой, которого поставили во главе белорусской части группы.

Судя по сегодняшнему совещанию, Лукашенко не уверен, что договорится с Путиным о компенсации. Белорусский президент поставил подчиненным задачу, что «все потери должны быть компенсированы по тем или иным направлениям сотрудничества с Российской Федерацией».

Но ведь на иных направлениях тоже не блеск. Продавать наш товар на российский рынок все сложнее, препоны вырастают раз за разом (сегодня Лукашенко назвал «позорными» проблемы поставок сельскохозяйственной, пищевой и другой продукции), отрицательное сальдо в двусторонней торговле растет.

 

Как далеко пойдет Кремль?

В принципе, нет худа без добра. Жареный петух, клюнувший белорусское руководство перед новым годом, может подтолкнуть к экономической трансформации. Преобразовывать госсектор, умерять его аппетиты. Давать больше простора частному бизнесу. Пойти на договоренность с МВФ.

Учитывая специфику режима, на крутые реформы рассчитывать трудно, но какая-то динамика, вероятно, появится.

Да, и еще сегодня Лукашенко назвал наступивший год предвыборным. Это не гарантирует, конечно, что какие-либо из выборов не проведут раньше 2020-го. Но если и приблизят, то, скорее, парламентские.

Заметно сдвигать срок президентских выборов действующий руководитель вряд ли захочет. Ведь могут подумать, что он испугался давления Москвы и обвала экономики. Зачем будоражить народ и казаться неуверенным?

Президентскую кампанию приблизят, только если действительно дело запахнет керосином. Такой вариант не фатален, но всякое может быть.

В сегодняшних речах Лукашенко сквозило недоумение: вроде как по осени вопрос компенсации был на мази, правительства практически все утрясли, а потом Москву будто подменили.

Это означает, что в какой-то момент Кремль принял сугубо политическое решение прессинговать союзника, припирать к стенке поглотительным по своей сути договором о Союзном государстве.

Чего хочет добиться Путин этой новой линией в белорусском вопросе, насколько далеко намерен идти — пока неясно. Равно как неясно и то, насколько адекватно сможет ответить на вызов Беларусь.