Подтолкнуть Лукашенко к досрочным выборам может только Москва

На электоральные планы белорусского руководства может повлиять ужесточение политики Кремля.

Александр Лукашенко недавно заявил, что следующие президентские выборы пройдут «строго по конституции нашей страны». «У нас нет никакой необходимости сегодня или завтра проводить президентские выборы и под это развивать какой-то популизм».

Фото пресс-службы президента Беларуси

Строго говоря, конституция запрещает лишь проводить выборы позднее чем за два месяца до истечения срока полномочий действующего президента. На досрочные же выборы в законе формальных ограничений нет, так что гипотетически они вполне могут состояться «сегодня или завтра». Или, во всяком случае, значительно раньше дедлайна — 30 августа 2020 года.

Тем более что дедлайн парламентских выборов — 10 сентября того же года, и эти кампании, как не раз подчеркивала глава Центризбиркома Лидия Ермошина, желательно развести во времени.

Поэтому можно не сомневаться, что при необходимости процесс будет запущен в тот момент, который белорусские власти сочтут наиболее для себя подходящим, и вопрос заключается в том, при каких обстоятельствах может возникнуть такая необходимость.

В общих чертах ответ таков: если у верхов возникнет подозрение, что добиться электорального успеха в стандартные сроки окажется намного сложнее, нежели при игре на опережение. Гипотетически это возможно, когда внутриполитическая и/или экономическая обстановка будут иметь устойчивую тенденцию к обострению.

Безусловно, для Лукашенко гораздо важнее именно президентская кампания, так что здесь мы фокусируемся на ней.

 

Оппозиция и Запад — вне игры

Правда, в белорусском случае внутриполитическая ситуация вряд ли способна стать настолько угрожающей, чтобы Лукашенко захотел приблизить президентские выборы.

В принципе создать властям какие-то сложности могла бы политическая оппозиция, что в некоторой степени имело место в 2006 и 2010 годах. Однако уже выборы 2015 года, когда обошлось без Площади, и весь последующий период наглядно показали, что оппозиция — далеко не в самом боеспособном состоянии. Вряд ли властям придется брутально разгонять массовые протесты.

Соответственно, и у Запада не должно возникнуть оснований возвращаться к жесткому противостоянию с официальным Минском. Тем более что после российской агрессии против Украины белорусский режим в глазах Запада не только перестал рассматриваться как «последняя диктатура Европы», но и в определенной мере стал объектом, подлежащим защите от возможной аннексии. А потому, естественно, оказывать на него давление стало не с руки.

Нельзя также отрицать, что белорусское руководство научилось не провоцировать Брюссель и Вашингтон, не поступаясь при этом принципами, то есть, не идя на хотя бы мало-мальски заметные послабления в своей внутренней политике.

Не исключено, кстати, что как раз желанием белорусских властей проверить реакцию Запада на возможные ужесточения в процессе грядущей электоральной кампании и вызваны суд над лидерами профсоюза РЭП и наезд на ведущие негосударственные медиа. Причем, похоже, результатами они не должны быть сильно разочарованы…

 

А вот Россия может дать толчок

В итоге на первый план выходит оценка властями текущей экономической ситуации в стране и ее перспектив, что в весьма значительной степени зависит от состояния отношений с ближайшим союзником. А в последнее время дела на российском направлении в экономическом плане складываются не лучшим образом.

Продолжаются регулярные конфликты с Россельхознадзором то по поводу контрабанды санкционной продукции, то в связи с якобы недоброкачественными собственно белорусскими продуктами питания.

В начале августа Владимир Путин подписал полный пакет законов о завершении налогового маневра в нефтяной отрасли. В результате за несколько лет цена российской нефти у нас повысится фактически до мирового уровня (сейчас 75%), а ежегодные потери белорусского бюджета составят порядка 2 млрд долларов, или около 4% ВВП.

Кроме того, Россия намерена поставлять Беларуси нефтепродукты исключительно для удовлетворения внутренних потребностей. Также появились сообщения, что Москва заблокировала выделение двух последних траншей кредита Евразийского фонда стабилизации и развития на 400 млн долларов и нового госкредита на сумму до 1 млрд долларов.

Пока трудно установить, являются первопричины подобных «братских» разборок чисто экономическими или имеют другую подоплеку. С учетом того, что не удается согласовать визовую политику, все более отчетливо проявляется стремление России к обустройству своей границы с Беларусью, и прочих симптомов можно допустить, что Кремль имеет далеко идущие намерения.

Предвосхищая опасность с востока, белорусский режим может попытаться укрепить свою легитимность через быстрейшее проведение президентских выборов.

Таким образом, досрочных президентских выборов можно ожидать при тенденции к существенному снижению уровня жизни населения, вызванному в том числе целенаправленными действиями России.

Впрочем, если Кремль вознамерится добиться в Беларуси своих целей радикальным путем, электоральная кампания вряд ли что-либо изменит.