«Мясника» из ТЦ «Европа» будут судить за покушение на жизнь сотрудников колонии

11 апреля в Могилевском областном суде начинается рассмотрение уголовного дела Владислава Казакевича, отбывающего наказание в исправительной колонии № 17 в Шклове. 

Казакевич был осужден за нападение на посетителей с бензопилой в столичном ТЦ «Европа» в октябре 2016 года. От его рук погибла 43-летняя женщина, телесные и психологические травмы получили еще три человека. В марте 2017 года Мингорсуд приговорил Казакевича к 15 годам лишения свободы в колонии общего режима.

На этот раз он обвиняется в покушении на убийство двух сотрудников колонии. По информации УСК по Могилевской области, 12 октября 2017 года Казакевич «пытался нанести удары ножом одному из сотрудников колонии в жизненно важные органы». Сделать ему это не удалось, поскольку потерпевший оказал активное сопротивление, однако обвиняемый успел ранить второго контролера.

По версии следствия, Казакевич «разработал преступный план, направленный на убийство начальника колонии, чтобы отомстить за применение дисциплинарных наказаний». Для этого он якобы заранее подыскал орудие для совершения преступления — нож, который прятал в труднодоступных местах помещения камерного типа. Убийство планировал осуществить в момент, когда его вызовут для объявления постановления о наложении дисциплинарного взыскания за нарушение порядка.

В рамках уголовного дела проведены десятки судебных экспертиз. Согласно выводам психолого-психиатрической экспертизы, Казакевич мог в полной мере осознавать характер своих действий и руководить ими, сообщал УСК.

Однако у представителей правозащитного учреждения «Нью платформ инновейшн», которое занимается проблемой соблюдения прав человека в местах лишения свободы, есть вопросы к предъявленному Казакевичу обвинению.

Например, как следует из материалов уголовного дела, нож, который использовал обвиняемый при нападении на сотрудников колонии, был похищен другим осужденным — Селюжицким. Последний раздобыл нож, когда проходил флюорографическое обследование в специализированном медицинском автомобиле.

По словам Селюжицкого, нож находился в автомобиле на открытой полке, он смог незаметно взять его во время переодевания, спрятать в кармане куртки и пронести в камеру.

Те, кто хоть немного знаком с пенитенциарной тематикой, знает: невозможно пронести нож в абсолютно закрытое помещение, в котором содержатся осужденные за нарушение режима содержания, подвергающиеся тщательному личному досмотру, в том числе с применением металлодетектора, отмечается в сообщении «Нью платформ инновейшн». «По крайней мере, без участия или молчаливого согласия самих сотрудников администрации», — добавляют правозащитники.

Из материалов дела также следует, что в течение двух месяцев похищенный нож находился в камере, осужденные пользовались им по собственному усмотрению и умудрялись прятать во время многочисленных обысков в камере. По словам Селюжицкого, он передал нож Казакевичу, когда находился с ним в штрафном изоляторе. Казакевич якобы говорил, что испытывает ненависть к начальнику колонии и собирается его убить за многочисленные взыскания.

История с ножом вызывает у правозащитников сомнение в том числе потому, что сотрудники Могилевского областного противотуберкулезного диспансера, выезжавшие в колонию № 17 для обследования заключенных, на допросах категорически заявляли: предъявленный им на опознание нож не является тем ножом, который пропал из их автомобиля.

Есть у правозащитников вопросы и к выводам комиссии, проводившей комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу Казакевича. Так, по оценке экспертов, Казакевич не может защищать себя в суде, но при этом он является вменяемым, способен руководить своими действиями, отвечать за свои поступки и никакими видами хронического психического заболевания не страдает. Однако в экспертизе нет ни слова о диагнозе «шизотипическое расстройство», который в свое время был поставлен Казакевичу в РНПЦ психического здоровья. Между тем этот диагноз включен в перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания.

«Нью платформ инновейшн» приводит мнения двух независимых специалистов в области психиатрии, которые сходятся в одном: поведение Казакевича продиктовано его психическим заболеванием («шизотипическое расстройство»). При неоказании больному специализированной помощи это заболевание приведет к распаду личности и совершению новых преступлений.

«В итоге, — резюмируют правозащитники, — на скамье подсудимых оказался психически больной человек, о заболевании которого было известно еще при рассмотрении первого уголовного дела. Об этом неоднократно уведомлялись все заинтересованные стороны — ДИН МВД и Генеральная прокуратура. Однако по странному стечению обстоятельств никаких действий предпринято не было, а в руках психически больного человека, содержащегося в полной изоляции, оказался нож и возможность беспрепятственно напасть на сотрудников колонии».