Согласится ли Лукашенко уехать послом в Зимбабве?

В Москве как бы полушутя обсуждают возможность трудоустройства Путина в 2024 году через новый этап союзного строительства (читай: поглощение Беларуси)...

Мало кто сомневается, что и Александр Лукашенко, и Владимир Путин не прочь стоять во главе своих стран пожизненно. Это специфика автократий.

Любая власть — как наркотик, но в демократиях действует принцип «съест-то он съест, да кто ж ему даст». Обычно два срока — и гуляй, Вася (Барак, Дональд — нужное подчеркнуть)!

Если же мы имеем дело с недемократичным персоналистским режимом, то, во-первых, вождю никто не в силах помешать до бесконечности подстраивать систему под себя. Во-вторых, чем дольше он правит, тем больше всяческих скелетов в шкафу, тем более рискованным представляется прижизненный уход с поста и тем меньше верится в гарантии безопасности. Особенно в такой непредсказуемой стране, как Россия.

Поэтому не удивительно, что тамошние комментаторы сразу после перевыборов Путина, триумфально прошедших 18 марта, стали размышлять о вариантах продления его власти после 2024 года, когда истечет шестилетний срок полномочий.

В России же, напомню, в отличие от Беларуси, действует лимит: для одной персоны — не более двух президентских сроков подряд.

«...И действительно с точки зрения Конституции ныне действующей это последний возможный срок Путина. Даже формально, даже полуформально», — отметил на «Эхе Москвы» главный редактор этой радиостанции Алексей Венедиктов.

И тут же добавил: «…Но никто не мешает: а) ее [Конституцию] изменить или построить какую-нибудь надстройку в виде союзного государства России и Белоруссии. Назначить Лукашенко послом в Зимбабве. И там, грубо говоря, новое государство — новые сроки. (…) Где вы видите препятствие к этому? Я, например, не вижу...»

 

Незавершенка союзного строительства

Вообще-то, если кто не в курсе, Союзное государство существует и сегодня. Другое дело, что этот проект в прошлом десятилетии де-факто был заморожен.

На заре же так называемого союзного строительства, в 90-е, Москва любила оперировать пропагандистским эвфемизмом «братское единение». Под маркой этого «единения» предполагалось за несколько лет аккуратно поглотить Беларусь. Но что-то пошло не так.

А именно: место Бориса Ельцина в Кремле занял Путин, перейдя дорогу весьма популярному тогда в России Лукашенко. И тот резко свернул игру в «единение», де-факто торпедировал введение единой валюты и принятие Конституционного акта Союзного государства, хотя это и было прописано в договоре 1999 года.

Ну сами прикиньте: одно дело — жертвовать независимостью Беларуси ради кремлевского трона, и совсем другое — за так. За какую-нибудь губернаторскую должность, с которой завтра сметут, как крошку со стола. Дураков нет.

В общем, когда сегодня в Москве снова обращают взоры к незавершенке союзного строительства в связи с перспективой трудоустройства Путина, то, понятно, речь не о том, чтобы он занял церемониальную должность типа госсекретаря Союзного государства. Сегодня в этом малозаметном амплуа выступает отставной генерал спецслужб Григорий Рапота, периодически приезжающий на доклад к тому же Лукашенко.

Для Путина, бросающего перчатку Америке, это не уровень. А значит, речь идет о том, чтобы принудить белорусского партнера к логическому (по понятиям Москвы) завершению союзного строительства, то есть фактическому слиянию двух стран, когда Беларуси оставят лишь бутафорские признаки суверенитета.

 

Путин уже зондировал эту тему?

И вот здесь возникает маленький вопрос: а будет ли в восторге от предложения полететь послом в Зимбабве Лукашенко?

Есть подозрение, что если бы Венедиктов проинтервьюировал его на эту тему, то не твердил бы столь уверенно, что не видит препятствий.

Вы скажете: да ладно всерьез обсуждать фантазии главреда радиостанции! Но такие ли уж это беспочвенные фантазии?

Что касается понуждения к завершению союзного строительства по плану Москвы, то «такую попытку Путин, похоже, делал в 2007 году», отметил в комментарии для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич.

Действительно, в декабре 2007 года перед прилетом Путина (у которого уже подходил к концу второй президентский срок) в Минск через российские СМИ был сделан вброс: мол, в ходе этого визита будет подписан Конституционный акт, Путин станет президентом Союзного государства, а Лукашенко — спикером союзного парламента.

Тогда были долгие ночные переговоры двух президентов, а вскоре Лукашенко предложил Западу диалог, напомнил Карбалевич.

 

«Лукашенко будет сопротивляться, причем не один»

Таким образом, можно предположить, что возглавить союзный парламент белорусский президент в 2007-м не возжаждал. Вряд ли вдохновит его и предложение улететь в солнечное Зимбабве.

В случае если Кремль станет выкручивать руки, понуждая к сдаче суверенитета, «Лукашенко будет сопротивляться, причем не один, а с белорусским обществом», уверен Карбалевич. Присоединение же Беларуси силой — «это слишком сложный и рискованный способ», считает аналитик.

Подобного мнения придерживается руководитель аналитического центра Belarus Security Blog Андрей Поротников. Он отметил в комментарии для Naviny.by, что за четверть века независимости «в Беларуси сформировалась собственная правящая элита, которая может иметь свое, отличное от московского мнение» насчет перспектив собственной страны.

Вероятность того, что Беларусь будет присоединена силой, при помощи какого-то сценария с зелеными человечками, «исчезающе мала», считает Поротников. Война, подчеркивает он, требует денег, это комплексная задача. Кроме всего прочего, «Путину не нужен еще один дотационный регион с проблемным населением».

По его мнению, у российского лидера есть много «более простых вариантов», позволяющих решить вопрос пролонгации его власти внутри России.

По словам аналитика, это может быть и рокировка с премьером (Путин уже проделывал этот фокус в паре с Дмитрием Медведевым и таким образом обнулил свой отсчет президентства), и банальное изменение Конституции, как это сделал Лукашенко в 2004 году, сняв ограничение на количество президентских сроков.

Со своей стороны, Карбалевич также отметил, что у Путина есть более простые способы продлить нахождение у власти — типа китайского варианта. В Пекине только что сняли лимит в два срока нахождения на посту председателя КНР, и теперь Си Цзиньпин может править пожизненно.

 

Силовой сценарий слишком рискован

Безусловно, Москва способна взять Беларусь грубой силой. Но цена такого сценария может оказаться чересчур дорогой. Запад вряд ли бросится защищать Беларусь военным путем. Однако жесточайший мировой политический кризис в таком случае обеспечен. И уж санкциями Россию додушат.

Вспомним: страны Балтии, оккупированные Сталиным в 1940-м, ушли из СССР, как только он достаточно ослабел. Два десятилетия независимости Литвы, Латвии и Эстонии между двумя мировыми войнами сделали свое дело. У Беларуси уже 26 с лишним лет независимости. И ее ценность довольно серьезно упрочилась в массовом сознании.

Другое дело, что для ослабления экономической привязки к России Беларусь нуждается в глубоких реформах, смене экономической модели, трансформации неэффективного госсектора. Но поскольку при нынешней власти такие реформы маловероятны, то в отношениях с Москвой «Лукашенко будет лавировать», говорит Карбалевич.

Похожий прогноз у Поротникова: «Лукашенко — тактик, он будет пытаться маневрировать и решать проблемы в двусторонних отношениях по мере их возникновения».

В любом случае, добавляет собеседник, через шесть лет Беларусь, скорее, будет менее зависимой от России, чем теперь. Во-первых, у нас «идет поколенческое замещение в управленческих элитах, силовых структурах». В них приходят люди, которым чужда ностальгия по СССР.

Во-вторых, Россия и Беларусь продолжают деградировать в технологическом плане. Белорусская продукция будет все меньше востребована на российском рынке и наоборот. Так что даже без особых усилий белорусского руководства будет происходить объективный процесс ослабления двусторонних связей, резюмировал Поротников.

 

Ага, уже побежал паковать чемоданы

Стоит отметить, что у ряда российских экспертов — не вполне адекватное представление об интенциях белорусов. Видимо, кое-кого вводит в заблуждение то, что в Беларуси преобладает русский язык. Но русскоязычный не значит русский. Американцы вот тоже говорят по-английски, австрийцы — по-немецки, ну и что?

На самом деле независимая социология засвидетельствовала, что белорусы при всех своих положительных чувствах к России не горят массовым желанием осуществить акт «братского единения». За полное вхождение в состав России, отказ от своего государства — считаные проценты.

Правящая же белорусская верхушка прекрасно отдает себе отчет в том, что в случае слияния с Россией утратит свой статус, в лучшем случае окажется на подхвате.

Далее, опыт разного рода экономических войн между Минском и Москвой показал: несмотря на разность весовых категорий «заклятых союзников», Лукашенко находил возможность дать жесткий, чувствительный асимметричный ответ. И Кремль, получив отпор, не раз отступал.

Смотрите: он не смог навязать белорусскому руководителю ни единой валюты, ни Конституционного акта. Не смог добиться признания Абхазии и Южной Осетии, размещения авиабазы в Бобруйске.

А тут хотят отправить властолюбивого правителя удобной, компактной и послушной страны послом к черту на рога. Ага, уже побежал паковать чемоданы.