Женщина-дирижер Марина Третьякова: никогда не хотела быть первой

Есть немало профессий, в которых доверия к мужчине традиционно больше, чем к женщине. Дирижирование — одна из них.

Когда-то в СССР было всего лишь две женщины-дирижера — Татьяна Коломийцева в Белорусском национальном театре оперы и балета и Вероника Дударова, руководившая в Москве симфоническими оркестрами. Специалисты утверждают, что за последние 20 лет женщины стали активнее приходить в эту профессию, но мужчин по-прежнему подавляющее большинство.

Марина Третьякова. Фото Сергея Сулая

Дирижер Белорусского государственного академического музыкального театра Марина Третьякова — одна из нескольких в нашей стране женщин в этой самой по себе редкой профессии и единственная — на профессиональной сцене.

Признаюсь, был у меня стереотип, что женщина-дирижер — это «железная леди», строящая не только оркестр, но и всех вокруг. Но вот Марина Третьякова оказалась совсем не такой: легкая, будто летающая по лабиринтам музыкального театра, лишенная всякой «театральщины», но любящая театр.

— Говорят, профессия дирижера нелегка прежде всего физически. Это правда?

— Тяжелость есть. С годами восстанавливаться все сложнее. Дирижер ведь не столько машет руками, сколько управляет коллективом, соответственно, на это тратится много энергии. И хотя дирижер стоит спиной к публике, она тоже «подпитывается». Иногда я прихожу домой и говорю своему сыну, который учится на хоровика-дирижера: «Какая же у меня тяжелая работа».

Весь ужас моей профессии проявляется после концерта. Видели когда-нибудь балерину за кулисами? По сцене она легко порхает, а за кулисами снимает пуанты и словно сдувается. Вот и я дирижирую, иногда позволяю себе что-то по-актерски обыграть на сцене, а после поклона — усталость и опустошенность. В моем случае не столько физическая, больше все-таки психологическая усталость. Но в таком положении дел я сама виновата: не умею не тратиться на сцене, а если я за пультом, то должна быть полная отдача.

Концерт «Сказки Венского леса». Фото Марии Коляды

— Часто бывая на концертах, замечаю, что одно и тоже произведение по-разному звучит у каждого дирижера. В чем тут секрет?

— Глобальный ответ: интерпретация. Каждый из нас делает свою интерпретацию партитуры. Но это даже, скорее, технический момент. Очень многое зависит от личности дирижера, его темперамента. Я знаю коллег, которые десять лет абсолютно одинаково ведут спектакль. Это удобно музыкантам, а если спектакль балетный, то и артистам. У меня все по-иному. Нет двух одинаковых спектаклей. Не скрою, что многое зависит в том числе от настроения. Утром на репетиции оно может быть одним, вечером — другим. В этом смысле я — неудобный дирижер. Но я считаю, что моя некоторая непредсказуемость идет на пользу: когда музыканты знают, что что-то может произойти, они внимательнее, и это поднимает градус исполнения.

— А вот еще интересно. Когда оркестр одномоментно гасит звук — это понятно, но как это удается солисту, который не видит рук дирижера?

— На мой взгляд, лучшие из дирижеров те, у кого первая профессия — духовые инструменты, хоровое дирижирование. Мы дышим вместе с оркестром и певцами, а иногда дирижеры и поют вместе с солистом, только значительно тише, вот поэтому и получается всем не прозевать вступление и в нужный момент свернуть звук.

 

 

— Дирижером, насколько я знаю, вы стали случайно…

— Я родилась в Гомеле, там же окончила музыкальную школу и училище имени Соколовского по специальности «хоровое дирижирование», затем по ней же — консерваторию. Так сложилось, что после получения диплома работала в Херсонском областном музыкально-драматическом театре концертмейстером по балету. И вот там мне предложили стать за пульт. Было непросто, потому что не хватало знаний, но у меня есть такая черта характера как упорство, и поэтому не отступила. А когда вернулась в Беларусь, то поступила в консерваторию, чтобы продолжить образование именно как дирижер.

— Легко поступили?

— По результатам экзаменов я проходила, но чувствовала некое сопротивление. В то время ректором Белорусской государственной академии музыки был дирижер Михаил Антонович Козинец. Он рассуждал так, что женщины получают образование, в них инвестируются государственные средства, а потом они могут «потеряться» для профессии, занимаясь семьей. И потом, что скрывать, так сложилось, что есть немало профессий, в которых доверия к мужчине традиционно больше, чем к женщине. А дирижер — вообще сложное дело, бывает, что и мужчины, отучившись, уходят в свою первую профессию, либо вовсе — из музыки. Мой педагог — Николай Сергеевич Колядко тоже не в восторге от того, что женщины выбирают специальность «оперно-симфоническое дирижирование». Тем не менее, я — его вторая ученица.

На репетиции балета «Вишневый сад». Фото Никиты Федосика

— Значит, вам пришлось не только хорошо учиться, но еще и доказывать свое право заниматься этой профессией?

— Наверное, это плохо для дирижера, но я никогда не хотела быть первой. Тем более я ничего и никому не хочу доказывать. Убеждена: чтобы состояться в профессии, нужно хорошо делать свою работу, и тогда будет результат. Возможно, мужчины-дирижеры и не очень довольны моим присутствием в их рядах, тем не менее, со всеми у меня хорошие ровные коллегиальные отношения.

— Руководство музыкального театра не смущало принять на работу женщину-дирижера?

— Пять лет я работала здесь хормейстером и приглашенным дирижером, и только потом стала штатным. В то время главным дирижером театра был Александр Сосновский, он как раз их тех, у кого нет никаких предубеждений против женщин в нашей профессии.

— Татьяна Коломийцева за дирижерским пультом всегда была только во фраке. Вы же, Марина Николаевна, похоже, и здесь разрушили стереотипы, выходя на сцену в платьях.

— Я к этому не сразу пришла. Более того, когда со мной заключали контракт на постоянную работу, директор театра Александр Евгеньевич Петрович предложил: «Давайте сошьем вам несколько концертных платьев». Тем самым он хотел сделать акцент на женщине-дирижере. Тогда я отказалась. Со временем же поняла, что директор был прав. Теперь у меня разнообразный концертный гардероб. Но здесь, как и в обычной жизни, важна уместность. Например, когда я дирижирую в филармонии концертами симфонической музыки, то это традиционный костюм — брюки и сюртук.

Дирижеры Николай Макаревич, Марина Третьякова, главный дирижер театра Юрий Галяс. Фото Марии Коляды

— Ваш муж — заслуженный артист Беларуси, актер театра имени Горького Сергей Чекерес. Легко ли уживаться творческим людям?

— К счастью, в семье нет соперничества, кто круче, а есть взаимный интерес. Мы радуемся успехам друг друга. У нас достаточно плотные графики работы, так что успеваем соскучиться. Нашему сыну Тихону 15 лет, он уже довольно самостоятельный парень. Во всяком случае, не станет будить меня, чтобы приготовила завтрак — все сделает сам. Да, бывает так, что я прихожу домой — сын уже спит, а в колледж он уходит, когда я еще сплю. Для меня сон очень важен, и муж с сыном понимают это и не беспокоят. Наша семья — это три таких поезда, идущих каждый по своей колее, но в одном направлении. Для нас важна внутренняя и внешняя свобода.

Вообще, женщине непросто совмещать семью и работу. Когда родился сын, были попытки пригласить няню, но в итоге моя мама помогла вырастить Тихона, и сейчас она часто выручает в бытовых вопросах.

— Ваш сын учится в музыкальном колледже, это был его выбор или ваш?

— Думаю, наш общий. Недавно сын дебютировал как солист, он хорошо поет. После окончания колледжа он сам решит, что делать дальше. Не скрою, я хочу, чтобы он получил высшее образование. Прежде всего потому, что студенческие годы, общение с интересными людьми, умение получать знания — это то, что всегда пригодится в жизни. Как и музыкальная школа не навредила ни одному ребенку: не каждый станет артистом, но музыкальный багаж делает ярче и интереснее его жизнь.

— Мы встречаемся в перерыве между двумя вашими работами. Для чего вам вторая работа — ради реализации или финансовая необходимость?

— У меня три работы: театр, музыкальная капелла «Сонорус» и кафедра оперной подготовки в Академии музыки. Безусловно, это дает мне возможность большей самореализации, допустим, в капелле я могу делать то, что мне интересно, но в театре неформат. Преподавательская работа тоже нравится, потому что мне уже есть что передать студентам. Финансовая заинтересованность, естественно, тоже есть, ведь не секрет, что в культуре зарплаты скромные. Но ради дополнительного заработка никогда бы не пошла работать, например, в музыкальную школу, потому, что не знаю, как учить детей. Считаю, что мне очень повезло в жизни: я занимаюсь любимым делом.

— Без чего легко можете обойтись в жизни?

— Без многого. Например, равнодушна к публичности, что не очень характерно для творческих людей. Люблю хорошую обувь, к одежде нет таких требований, как бренд, высокая цена. О шубе задумалась, когда в феврале ударили морозы. Важно, чтобы она была теплой, удобной, подходящей мне, а не роскошной.

— А без чего не можете обойтись?

— Прежде всего, без кого не могу: без своей семьи, родителей, друзей, коллег. У меня есть одна страсть — это путешествия. Вот тоже есть стереотип: вывезти ребенка на море. Поехали мы с Тихоном в Черногорию. Два раза окунулись в море, пару часов полежали на пляже. Больше нам это было не интересно, мы самостоятельно разработали маршруты, посетили много достопримечательностей Черногории, и вот это было по-настоящему интересно и захватывающе. А море… Вечером приятно посидеть на террасе и послушать тихий шепот волн.

Балет «Клеопатра», поклоны. Фото Марии Коляды

— На какие спектакли вы пригласили бы зрителей, которые давно не были в вашем театре?

— Веду все балетные спектакли, вот на них бы и пригласила. Очень рекомендую «Вишневый сад» — стильная постановка, потрясающая музыка Георгия Свиридова. «Клеопатра» интересный балет, хотя он идет и без участия оркестра. Пригласила бы на классическую оперетту: «Мистер Х», «Летучая мышь», мюзиклы «Шалом алейхем! Мир вам, люди!» и «Джен Эйр».

 

 

Фото и видео предоставлены пресс-службой Белорусского государственного академического музыкального театра

 




Оставьте комментарий (0)
  • здорово. молодцы оба.
  • Я могу с десяток женщин-дирижеров в Беларуси назвать. Среди них - обладательница медали Франциска Скорины Людмила Жабинская. Как-то нескромно с Мариной Третьяковой получилось.
  • Лена, вы великая актриса и певица. мы вас тоже любим.