Белорусскую революцию если кто и спровоцирует, то сама власть

Каковы уроки начавшихся год назад «дармоедских» протестов?

Год назад в эти дни после неожиданно многолюдного «Марша возмущенных белорусов» в столице протесты против декрета № 3 покатились по стране: Гомель, Могилев, Гродно, Витебск, Брест… Потом волнения охватят и города помельче. Вертикаль поначалу была в ступоре, президент же хранил молчание, находясь в Сочи.

Очередной «Марш нетунеядцев», 15 марта 2017 года, Минск

Кому-то из романтически настроенных противников режима даже показалось, что вот-вот грянет долгожданная революция (на которую, как твердили всю дорогу скептики, белорусы в принципе не способны).

Но в начале марта силовики получили с самого верха отмашку на жесткие действия — и за считаные недели с горячей весной было покончено.

Каковы же последствия «дармоедских» протестов 2017 года? Какие уроки извлекла власть? А оппозиция? Вероятны ли подобные всплески уличной активности в обозримой перспективе?

 

Декрет № 3 как классика жанра

Главный вывод из «тунеядских» протестов заключается в том, что «народное возмущение — или, если смотреть более широко, революция — это, как правило, результат неадекватности властей», отметил в комментарии для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич.

По его мнению, ни оппозиция, ни иностранное вмешательство не могут спровоцировать волнения в такой степени, как неумные решения режима. «Декрет № 3 в этом смысле — классика жанра», — говорит аналитик.

Почему власть действовала так неудачно? Дело в том, что белорусский режим не имеет обратной связи, считает собеседник. Потому и принимают наверху нелепые решения, наступают на грабли.

При этом протесты показали, что если оппозиция попадает в фокус общественных ожиданий, настроений, она может повысить свой политический вес, подчеркивает аналитик. И напротив, «когда оппозиция пытается апеллировать к вопросам, ценностям, которые больше интересны ей самой, чем обществу, она оказывается в ситуации маргинальной», добавил Карбалевич.

Да, ну а что же Европа? Европа осудила репрессии, закулисно давила на Минск, чтобы они не оказались чересчур суровыми. В итоге перед июльской сессией Парламентской ассамблеи ОБСЕ всех фигурантов дела «Белого легиона» выпустили из следственного изолятора, а в конце прошлого года и вовсе прекратили дело.

Вместе с тем, стало очевидно, что Евросоюз в какой-то степени оказался заложником своего же нового курса по отношению к белорусскому режиму.

Пеняли Минску вполголоса, стараясь не обострять отношения, никаких визитов сюда европейские функционеры не отменяли, не говоря уж о более серьезных демаршах.

Белорусские власти поняли, что могут прессовать своих внутренних оппонентов, но аккуратно, без особых перегибов.

 

Какие выводы сделал Лукашенко?

Александр Лукашенко, видимо, в очередной раз убедился, что играть в либерализацию опасно.

Семь лет назад, после разгрома Площади, официальный лидер признавался, что его даже подташнивало от разгула демократии во время предвыборной кампании 2010 года. Эксперимент 2016 — начала 2017 годов, когда ради новой нормализации отношений с Западом уличные акции не разгонялись, а их участников не сажали под арест, Лукашенко, судя по всему, тоже счел неудачным.

Народ, оказывается, быстро смелеет. Теперь и заводилам, и массе преподан очередной урок: лучше не рыпайтесь, иначе будет бо-бо.

Показательна также блокировка сайтов «Белорусский партизан» и «Хартия-97», которые, с точки зрения властей, тяготеют ко всяким провокационным призывам.

«Хартии» Мининформ вполне конкретно поставил в вину анонсы несанкционированных акций. Этот ресурс усиленно пиарил уличные инициативы Николая Статкевича, который считает, что поскольку Конституция гарантирует белорусам свободу мирных собраний, то в принципе нечего ломать шапку перед чиновниками, испрашивая соизволения на марш или митинг.

У властей же подход совсем иной, и поправки в закон о массовых мероприятиях грозят их инициаторам замаскированными ловушками. Новая редакция закона о СМИ, которую готовят втайне, весьма вероятно, будет заточена против попыток инспирировать волнения через социальные сети.

 

Местные выборы: власть решила не играть

Стоит добавить, что итоги выборов в местные советы 18 февраля вряд ли помогут режиму наладить обратную связь.

По идее, депутаты как раз и должны выражать настроения, чаяния массы, сигнализировать верхам, где неладно. Но сформированные сейчас советы оказались стерильными, потенциальных смутьянов из пятой колонны в принципе туда не пустили. Ага, сегодня такой деятель занимается бытовухой, стоит невинные глазки, а завтра, глядишь, станет во главе какой-нибудь новой бучи да еще будет мандатом прикрываться. Нечего давать этой публике плацдармы для раскрутки.

Ради справедливости стоит отметить, что сама оппозиция выглядела в этой кампании слабовато. Она выдвинула всего около 400 кандидатов — менее 2% от общего их числа.

Народ же не особо интересовался этими кандидатами и их программами, в частности, и потому, что сама оппозиция запутала электорат своими хитрыми маневрами. Долгое время она делала ставку на бойкот, убеждала население, что лучше всего в день выборов свалить на рыбалку или к теще на блины.

То есть оппоненты власти наряду с ней сеяли в массах фатализм, апатию и пофигизм. Вот оно и аукается, и еще долго будет аукаться.

 

После выброса — апатия

Чего же ожидать в ближайшей перспективе?

«Судя по дальнейшим попыткам модернизировать декрет и найти пути выкачки денег из граждан, власти ничему не научились и будут продолжать курс экономического закабаления белорусов», — заявил в комментарии для Naviny.by руководитель Центра политического анализа и прогноза (Варшава) Павел Усов.

По его мнению, наверху сделали вывод, что ослабление политического давления на общество приводит к всплеску экономического недовольства. Поэтому режим «будет подавлять любые волнения в зародыше», в том числе через преследование независимых СМИ.

Оппозиция же, как считает Усов, «не знает, что делать с протестами», для нее это большой вызов, поэтому она в основном рассчитывает договориться с властями, делая ставку на идеи круглого стола, диалога, мирных перемен.

«Марши были сублимацией недовольства, выбросом энергии протеста. После этого наступает период затяжной апатии, разочарованности и бессилия населения», — отмечает политолог.

По прогнозу собеседника, до президентских выборов в Беларуси «не будет серьезного внутреннего обострения ситуации, которое привело бы к волне протестов».

 

Когда рванет снова?

Действительно, пока особо взрывоопасных факторов не видно.

Новый вариант декрета отменил сбор с неработающих на финансирование госрасходов — тот самый «тунеядский налог», который так возмутил белорусов в начале прошлого года.

Правда, многое будет зависеть от того, насколько широким и болезненным окажется действие нового гениального замысла — истребовать с «дармоедов» полную плату за субсидируемые государством услуги. Вероятно, вертикаль, которой велено разработать конкретный механизм, постарается, памятуя горький опыт, минимизировать эту опцию.

Экономика показывает некий рост. За январь ВВП вырос аж на 4,6%. Правда, независимые экономисты объясняют это низкой базой начала прошлого года (тогда было падение). В перспективе же эксперты сулят белорусской экономике низкие темпы роста, если не будет реформ.

Серьезных реформ, скорее всего, не будет, но, по крайней мере, обнищание пока заторможено. А выходить на площадь во имя абстрактной демократии, включая свободу собраний, рядовой белорус не разгонится. К тому же среди оппозиционных лидеров «настоящих буйных мало», и этих адептов уличной борьбы обложили красными флажками.

В целом оппозиция маргинализована, и ее из этой маргинальной ниши, как показали местные выборы, постараются не выпускать. Хотя прошлогодние протесты засвидетельствовали, что даже слабая оппозиция востребована в дни политического возбуждения, потому что она, по крайней мере, имеет мегафоны и умеет строить людей в колонну.

У режима еще большой запас прочности, мощный силовой кулак и готовность в критической ситуации действовать брутально, наплевав на имидж в глазах Запада.

Но программы развития страны у ее нынешнего руководства нет. Перспективы построения некоего продвинутого цифрового авторитаризма зыбки. Режим, как видим, не склонен откручивать гайки, без чего развитие в ХХІ столетии практически невозможно. Так что наиболее вероятна стагнация, когда Беларусь станет все сильнее отставать даже от посткоммунистических европейских соседей.

Поэтому недовольство в обществе будет накапливаться. А когда рванет — черт его знает. В прошлом году тоже ведь прорвало вдруг.